Волна обрушилась на проспект с чудовищным грохотом. Павлик судил по реакции жильца дома напротив. Тот вздрогнул, чуть присел, защищая ладонями уши.
Сам Павлик слышал только нарастающий гул и шипение. В глухоте есть плюсы.
Мальчик осторожно высунул голову из-за балконной решетки. Влажные брызги долетали даже до верхнего этажа. Всю уличную вонь, весь этот автомобильный газ смыло в один миг. Над бурлящим потоком, что подобно гигантскому безумному жонглеру швырялся автомобилями и пешеходами, веяло прохладой.
Павлик принялся наблюдать, как новенькая "Калина" несется боком, рассекая воду, словно скутер. Кто-то отчаянно пытался выбраться из боковой дверцы, машина зацепилась за рекламный щит и с размаху влепилась в фонарный столб. Из-под лобового стекла брызнула кровь, тут же смешалась с мутным потоком. Павлик поморщился, он не любил крови. Хотя папа говорил, будто кровь на девяносто процентов состоит из воды.
Интересно, теперь тут будет река? Было бы здорово. Не пришлось бы держать маму все время в ванной. Ой, надо же ее покормить!
Павлик спешно закрыл балконную дверь и засеменил в глубину квартиры. Мальчик поставил табуретку на стул, чтобы достать до большой банки с кормом в серванте. Зачерпнул побольше мотыля, все-таки день особенный.
Мама лежала на дне ванны. Увидев сына, улыбнулась. Павлик проверил температуру воды. Нормальная. Опустил мотыля, стараясь не размешивать – мама любит порядок. В голове возник образ: теплое молоко, сладкие фрукты, мед в сотах. Так мама благодарит. Другой образ: папа и дядя Сева, рассекающие плавниками бирюзовый водный простор. Павлик вздохнул и попытался представить чистый горизонт, полдневное солнце. Пока не видно. Подумал о закате. Может, к вечеру. Мама грустно прикрыла веки. Стайка пузырьков сорвалась с жабр и устремилась к поверхности.
Павлик вернулся на балкон. Судя по вибрации стен, накатывала очередная волна – девятая за сегодня. Кто знает, может, она принесет хорошие вести?
Мимо в водовороте проплыл ошалевший от происходящего дорожный рабочий. Он держался за перевернутую крышу газетного киоска, ловко увернулся от электропроводов и скрылся на одной из боковых улиц.
Наверное, это весело, вот так лететь на самодельном плоте посреди улицы. Павлик представил, как папа катает его на спине по затонувшему городу, разгоняя косяки рыб, и улыбнулся.
Мальчик посмотрел на солнце сквозь перепонки на пальцах. Через год-другой они окрепнут, а к десяти должен прорезаться спинной плавник. Тогда он сможет плавать в одиночку, где только пожелает. Скорей бы уже, скорей бы.