Последняя хмара счастливой страны, Автор: mechanik, Брат таланта № 8 Опции

[NatashaKasher]

- Ничего личного, крошка, - майор посмотрелась в зеркало и чуть поправила офицерский обруч. – Ничего личного. Только Государственный интерес.
- У меня нет ни одного порицания! – Катя пыталась повернуть голову, хоть и знала, что все безнадежно.
- Истинная патриотка должна с понимаем отнестись к необходимости отдать жизнь на благо страны. Итак! Гражданка э-э… Екатерина! В соответствии с пунктом Пятьдесят восьмым Уложения о Государственной безопасности вам назначена аннигиляция. Приступаем. Можете сосчитать до трех, про себя, безусловно.
Но Катя не хотела считать. То есть, конечно, она любила свою страну и, если надо - значит надо, но все случилось как-то слишком быстро. Она пришла на Первое Свидание. Волновалась страшно…

Свет погас.
- Да черт побери! – заорала в наступившей темноте майор. – Сегодня же подам жалобу!
- Приносим извинения. Устранение аварии займет менее двух минут, - раздалось откуда-то сверху, и Катя сдавленно ахнула. Она знала этот голос.
Хрипловатый, Голос из снов. Он был ее тайной. Катя никому, даже районному психологу не сообщила, хоть и рисковала, конечно. Как-то раз, обмолвилась маме, но ничего хорошего не вышло – только поссорились. Мама начала кричать, что нормальная девушка, никогда-никогда не станет в постели разговаривать с незнакомцами. Даже во сне. Что это - срам, что это хуже, чем разглядывать себя в зеркале. Самое плохое - так и не помирились… Несчастный случай на производстве. Взрыв, от мамы ничего не осталось… Было расследование. Катю даже вызывали на допрос. Хотя, что она знала?

В ту ночь вернулся Голос. «А у меня мама умерла», - и Катя заплакала во сне. Голос долго-долго молчал, потом пробормотал что-то неразборчиво. Кате показалось, что он тоже плачет.
Потом Голос появлялся снова, просил встать перед зеркалом, приложить ладони. Она, конечно, отказывалась. Смотреться в зеркало без особой нужды неприлично, а трогать – мерзко. И мама никогда не любила зеркал. Единственное в их квартире висело в спальне, и то потому, что по закону полагалось. 
А вчера во сне - Катя начала, было, про Первое Свидание, а голос как рявкнет: «Иди к зеркалу, руки на стекло!». Она даже проснулась от возмущения, но утром сделала, как он велел - подошла, приложила руку... Конечно, ничего не произошло, если не считать, что сам собой зазвонил будильник. 

Потом она надела самый красивый комбинезон и отправилась во Дворец Свиданий. Играла музыка. Катя, как и остальные девушки, торжественно сдала анализы… И все кончилось камерой аннигиляции.

- Красотулька, - промурлыкала из темноты майор, - а на анализах погорела. Не те синапсы. Слыхала про упырей? А про хмар, что с ними спаривались? Это, как раз про тебя, только ты еще не созрела. Говорят, они рожу лица менять умели. А упыри - так вообще, мысли читали и любой автомат сломать могли. Но анализаторный цех не обманешь, дорогуша. Ух, какая ты гладкая и стройная.
Прикованная к анатомическому столу, Катя дернулась, ощутив на животе чужую ладонь. Другая легла на грудь.
- Не-е-ет! Я не такая! – невнятно заскулила Катя.
- Может и не такая. Пока. Значит понимать должна, что главное - порядок. Сейчас всё хорошо, потому что порядок тут под землёй. Этого по истории не проходят, но у первых поселенцев мутации начались. Каждый второй, чтоб ты знала, упырем стал. Пришлось поголовно истреблять…
Майор замолчала на полуслове и убрала руки. Катя почувствовала, как разжались оковы. Вспыхнул свет. На полу лежал офицерский обруч, из него медленно струился дымок.
– Тут должно быть зеркало. Подойди и прижми к нему ладони, – скомандовал Голос сверху. – Обе! Утром ты только одну приложила!
- Я не хмара, – тихо повторила Катя, оглядываясь в поисках одежды. 
- Хорошо хоть одну, - проворчал Голос. – Отследить успел. Давай быстрей. 
Катя, не отрываясь, смотрела в зеркало. Отражение менялось. Сначала обесцветились и исчезли волосы, потом брови, потом сразу все разгладилось – ни рта, ни носа. Только глаза и то – не совсем ее.
- Как же ты похожа на свою мать, - пробормотал Голос. – Теперь представь, что ты майорша в форме и уходим. Поторопись. До поверхности путь не близкий.