ВНЕКОНКУРС. №20, И откроется им безнадёжность..., Дуэль №24 Опции

[Аптекарь]

Тело моё было в коме, а дух метался бесцельно, пока катарский маг не выудил его сквозь века, впихнув на час в плоть заложника – инквизитора Анри Гюго.

Я оказался в небольшом зале. В центре на стуле сидел старик. За ним стояли мужчины и женщины. Исхудавшие, с тёмными лицами, в лохмотьях.
– Какой ныне год? – спросил старик.
– 2013.
В тишине он хриплым, но твёрдым голосом изрёк:
– Ныне год 1244 от Рождества Христова. Я епископ Бертран Марти. Это крепость Монсегюр. Десять месяцев нас осаждают папские войска. Скоро Монсегюр падёт. Экар вызвал тебя из грядущего, – он кивнул на соратника слева. – Открой нам.его.

Дух, не связанный с телом, лишён сомнений. Глядя на мучеников с глазами святых, я поверил всему. Кивнул, и Бертран продолжил:
– По условиям капитуляции, всем обещано прощение, защитникам Монсегюра – без ущерба для чести, лишь не отрекшимся уготован костёр. Будет это исполнено?

В памяти всплыли легенды о катарах. С грустью поведал я им о казни:
– Защитников после допросов отпустят. Совершенных и примкнувших к ним рыцарей и женщин сожгут. Но примут отречение любого, если он перережет горло собаке.

Люди возмущённо зароптали.
– Такое испытание надумали Божьи угодники? – опечалился Бертран. – Нам его не пройти. Мы отреклись ото лжи и насилия. Уже приготовлено снадобье, и, вступив на костёр, мы умрём тотчас. Поведай, напрасным ли будет наш подвиг?

Я огорчил их:
– Оклевещут вас знатно. Потом возьмутся за тамплиеров.

Услышав про Орден, некоторые попеняли:
– Не вступились за нас...

Но Бертран оборвал ропот:
– Довольно и того, что отказались преследовать.

Кивнул мне, чтобы продолжал. С почтением я добавил:
– И через восемь веков паломники будут стекаться к месту вашей казни. На дорогах у Монсегюра установят таблички: «Вы в стране катаров».

Бертран посветлел взором:
– Решено: мы спасём для мира бесценные сокровища. Экар, Пуатвен и Амьель, этой ночью вы спуститесь по отвесному склону с тяжёлой поклажей.

Уступая голосу, который принадлежал хозяину тела, я воскликнул:
– Пусть Гюго идёт с ними. Без него не пройти заслоны.
– С инквизитором?

И тут Гюго закричал сам:
– Я не предам вас! Вы братья мои по духу! Я умру, защищая сокровища!

Бертран усмехнулся, а бывший инквизитор продолжал кричать:
– Полгода я читал тут Овидия, Вергилия, Горация. Церковь сожжёт эти труды! Я помогу добраться до тайников.

Бертран переглянулся с Экаром и, убедившись, что телом снова владею я, спросил:
– Предаст?
– Нет.
– Быть посему!

В ночь перед казнью четверо храбрецов спустились по отвесной скале. Обречённые молились за них.