Небо чёрное высокое. Снег вкусно чипсами хрустит под ногами. Машину Константина Агния замечает не сразу. Он несколько раз сигналит, окликает, и перехватывает Агнию уже недалеко от остановки.
– Прости, не ждала тебя сегодня, – она стучит каблуком о каблук, стряхивая снег, и ныряет в тепло.
– А ты, вообще хочешь меня видеть? – Константин внимательно смотрит в зеркало заднего вида, быстро поворачивая руль.
– Не ужинал ещё? – привычно не обижается Агния. – Мне очень нужно с тобой поговорить. Давай, посидим где-нибудь? – наконец решается она, снимает капюшон, приглаживает пушистые волосы, собранные в хвост и оглядывается. – Куда едем?
– Опять лишние вопросы? Везут – молчи, – отрезает Константин.
– Я просто спросила, куда едем?
– Хочешь домой?
– Что такого я сказала? Я только спросила…
– Всё, сама выбрала, – говорит Константин и резко выворачивает руль.

Над подъездом ярко горит фонарь. Снег в его лучах глянцевый, словно покрыт ледяной коркой. Агния смаргивает слёзы и вслепую шарит в сумке. Где же этот чёртов ключ? Ну почему так? Так не по-человечески. Особенно сейчас, когда ей нужна помощь! «Повернись, – подстёгивает она себя, – выскажи ему всё, хватит молчать. Позволь себе обидеться, наконец!
Ключа нигде нет, футляр с флейтой норовит сползти с плеча, ремешок от него путается под руками.
– Ещё и коврик испачкала, говорил же, отряхивай сапоги, – слышит она. Константин захлопывает дверцу и, опустив окно, добавляет: – Завтра позвоню, когда успокоишься.
Агния смотрит на вспыхнувшие белым фары. Её уязвлённость неожиданно уверенно говорит им в лицо:
– Не позвонишь. – И настойчиво повторяет: – Больше не позвонишь. – Иди к чёрту! – кричит Агния, бросая слова вдогонку. Каждое, как спортивную гранату. И пусть в школе на физкультуре метание снаряда было единственным, что совершенно не давалось, и граната всегда падала ей под ноги, но точно не в этот раз.
* * *
В начале зимы, когда ещё не выпал снег, и замерзшая грязь, мелкой пылью висела в воздухе, Агнии приснился красный трамвай. Это было странно: нахальный, пламенно-красный чужак посреди привычного чёрно-белого мира её снов. Дребезжа и звеня, он подъехал к остановке и с хищным лязгом открыл двери. Агния вглядывалась в его разверстую пасть и не могла сообразить, что она – Агния тут делает: то ли встречает кого-то, то ли сама куда-то едет. Так они и стояли друг против друга: Агния – в размытых мягких серых полутонах и невероятный, откровенно бесстыдный самим своим цветом трамвай… Уже просыпаясь, она заметила, что впереди кто-то сидит. Человек обернулся. Агния близоруко прищурилась, чтобы лучше рассмотреть его лицо, но видение рассеялось, оставив в памяти общие очертания и лёгкое беспокойство.
В полдень Агния пила кофе и смотрела в окно пиццерии, прислушиваясь к доносившимся с улицы звукам. Ей нравилось погружаться в замысловатый ритмический рисунок, сплетённый из сигналов машин, всплесков музыки и обрывков фраз. Благодать, если бы не навязчивый говорок новенькой, нарушающий умиротворяющую гармонию городского контрапункта.
Агния поморщилась и посмотрела на сидевшую напротив Светочку – флейтистку-пикколистку или «приколистку», как называл её уже весь оркестр. Даже вечно краснолицый гобоист Василий Иванович – хмурый, нелюдимый одиночка, одобрительно ущипнул её за пышный бочок, и теперь на любую просьбу отвечал особо восхитившей его последней фразой анекдота: – Легко! Главное – аппликатуру выучить, – после чего многозначительно выпучивал глаза и пугал коллег диким гоготом.
Агния мысленно прокляла себя за нерешительность и излишнюю деликатность. В конце концов, это её личное неприкасаемое время. В следующий раз на просьбу вместе пообедать, она твёрдо ответит «нет»! Агния раздосадовано брякнула кружкой о стол. Остатки кофе выплеснулись на рукав белой блузки, превратив белый манжет в леопардовый. Светочка заливисто рассмеялась – что б её! Салфетки, как назло, прятались где-то на самом дне сумки, под руки попадалась всякая ненужная мелочёвка.
Неожиданно чьи-то твёрдые холодные пальцы взяли Агнию за руку, и перед глазами возник светло-серый платок. Худощавый мужчина, аккуратно промокнул рукав и смахнул мелкие кофейные крошки.
– Милая девушка, – повернулся он к хохочущей Светочке, – пожалуйста, попробуйте соблюдать тишину в общественном месте.
– Дядя, ты мне не папа, – не церемонясь, отрезала та.
Агния напряглась в ожидании неприятностей. Но мужчина коротко, как-то старомодно по-офицерски кивнул, только что каблуками не щёлкнул, и молча отошёл. Что-то странно знакомое было в его спокойном непроницаемом лице, презрительно сжатых губах.
Агния проводила его взглядом и вернулась к созерцанию заоконной жизни, надеясь вытеснить куда-нибудь подальше из сознания и, желательно, подсознания тоже Светочкин зудящий голос. Резкая боль заставила её вскрикнуть – обожгло плечо, будто дохнуло паром. Обернувшись, она увидела облачко, оседающее мелкими каплями на пластиковую столешницу и припорошенный чем-то белесым кейс с флейтой-пикколо. Агния осторожно отлепила от плеча влажную, быстро остывающую прозрачную ткань. Покрасневшая кожа саднила. Агния осмотрелась, но в пределах видимости никого не наблюдалось: ни официантки с кипятком, ни прорвавшейся трубы. Все посетители, похоже, ничего необычного не замечали.
Не было и Светочки. Интересно. Это что, прикол такой, уходить не прощаясь? Ещё и инструмент свой оставила. Агния попыталась стереть пыль с футляра, но получилось только размазать. Подушечки пальцев стали серыми. Пепел? Откуда?

Мелкие ссоры с Костей случались часто. Хотя Агния, помня присказку бабушки, что для ссоры нужны двое, старалась не обострять, но Константин отлично справлялся и сам. Вот и этим вечером он, как обычно, выдерживал паузу. Агния бездельничала.
– Что, Нотка, снова простим Костика? – обратилась она к своей любимице, потрепав её по шелковистой угольно-чёрной шерсти. (Простой Ноткой – чёрненькой и с хвостиком, кошка была только для неё, Константину Агнии пришлось предложить более изысканный вариант: Ля Нотте – ночь с итальянского). Большие янтарные глаза-звёзды многозначительно посмотрели в ответ, мол, за такой подарок как я, прощать тебе не перепрощать.
Как было не согласиться. Константин, конечно, капризен, как примадонна, но и не скуп, есть в нём стиль, что ли. Когда Агния собралась искать чёрного котёнка по бесплатным объявлениям, то была безжалостно высмеяна. Зато ко дню рождения получила красавицу породы мандалай, привезённую из Новой Зеландии специально для неё. (Привет, Новая Зеландия – один:один.)
Если бы не Светочка, то Агния могла бы занять себя репетициями и с удовольствием отрабатывать соло для пикколо. Как она он мечтала о любимом инструменте, о ля минорном концерте Вивальди! А получила только воспоминания: о концерте, об Алексе, о смокинге, взятом на экзамен под «честное благородное» у иностранного друга и долго валявшегося потом комом на пороге её комнаты в общаге.
Поступала Агния, как и большинство – с большой флейтой, но заканчивать решила на пикколо. Она влюбилась в её высокие ноты, так бесившие Алекса. Они давали кураж, перемещали в волшебную страну и превращали в райскую птицу с ярко-красными, обведёнными чёрным кантом, будто опалёнными крыльями и огненным длинным хвостом. Одиннадцать минут концерта – три части немыслимого счастья, ликующего пения и сумасшедшего полёта. Хотелось одного – как можно дольше оставаться этим дивным сверхъестественным существом. Пребывание в сокровенной реальности, пока та постепенно не тускнела и незаметно не сливалась с обыденностью, иногда растягивалось почти на неделю.
В последний раз, вернувшись из невероятного путешествия, она и обнаружила на пороге сброшенный второпях смокинг. Вскоре Алекс неожиданно отбыл в Новую Зеландию, а «прощай», «извини» и «верни смокинг» передал с иностранным другом. (Ладно, Новая Зеландия, прощаю. Алекс – минус, Нотка – плюс – так и быть, ничья.)
Агнию ждал небольшой оркестрик родного областного центра, где флейта-пикколо была не нужна. Десять лет Агния исправно отыгрывала партии на большой флейте и надеялась на чудо. Оно вроде бы и пришло вместе с творческими планами нового дирижёра, не появись Светочка-пикколистка. Мало того, что украла мечту, так ещё на репетицию не вернулась, инструмент бросила. Тоже мне, первая флейта Королевского симфонического.
Нотка успокаивающе заурчала. На фоне этого низкого уютного звука появился высокий, почти свист: сначала один, потом несколько, объединённых в мотив. Закруглённые ушки Нотки тревожно повернулись в направлении музыки.
– Ля минор, – автоматически отметила Агния, прислушалась и зачем-то на цыпочках пошла в коридор, где оставила Светочкин инструмент. Из футляра не доносилось ни звука. Агния взяла его и вернулась в комнату. Нотка, забившись в угол дивана, смотрела на происходящее с подозрением.
Как только Агния собрала флейту, она запела. Нотка, взвизгнув, в один стремительный и мощный прыжок мгновенно оказалась на шкафу-купе под самым потолком. Звучала вторая часть ля минорного концерта Вивальди, та, где пикколо словно молит о помощи на фоне бесстрастных невесомых шагов в струнной группе.
Агния глупо хихикнула, огляделась, быстро, будто боясь, что кто-нибудь увидит, с силой выдернула головку, сунула обе части обратно и брезгливо отодвинула пальцами от себя. Посидела, обхватив руками согнутые колени, подумала и для надёжности отнесла футляр в ванную комнату.
– Не сходи с ума, это тебе кажется, – сказала она вслух. – Пижама, тёплый плед, и всё будет хорошо. – Позвала: – Нотка! Кошка шуршала чем-то на шкафу, но благоразумно не спускалась.
Ночью снова был красный трамвай. На этот раз мужчина стоял в открытых дверях и приветливо смотрел на неё. Она разглядела спокойное невозмутимое лицо, тонкие губы и пальцы, слегка теребящие край рукава тёмно-серого пальто.
– Не бойся, я всегда буду рядом, – услышала она перед пробуждением. Вместо уверенности сон принёс смутную тревогу. Весь день был занят бесплодными попытками вспомнить, этот ли мужчина сидел в трамвае в первом сне, или она сама наделила его чертами «спасителя из пиццерии».

Куда делась Светочка? Этот вопрос оставался без ответа уже вторую неделю. Как только дирижёр предложил Агнии начать репетировать ля минорный концерт (так, на всякий случай, мало ли что), начались перешептывания, обрывавшиеся при её появлении, странные взгляды исподтишка. Агния искренне недоумевала, причём тут она. Ну, пообедали вместе, но ведь Светочка просто ушла, даже флейту свою бросила. Конечно, была в этом какая-то неправильность – ни один музыкант не забудет свой инструмент, проще оставить ногу, руку, голову, в конце концов. Но она же ей не нянька! Кстати, о флейте Агния никому не сказала. Сначала просто не пришлось к слову, а потом…
Непривычное ощущение причастности к чему-то нехорошему, может быть даже противоправному, порождало чувство гадливости. Слуховые галлюцинации не исчезали. Стоило начать дома работу над концертом, как Светочкина пикколо оживала в шкафу в ванной комнате, и настойчиво исполняла вторую часть, иногда срываясь на остервенелый свист.
Вот и сегодня не обошлось без концерта в прямом и переносном смысле, хотя Агния даже не притронулась к своему инструменту. После получасовой флейтовой истерики попробовала накормить Нотку. Нотка медленно обошла вокруг миски, недоверчиво обнюхала кусочки курицы, обычно съедаемые с удовольствием, и обиженно удалилась, всем своим видом говоря «вот умру, ещё поплачете».
Агния рассеянно погладила страдающую красавицу. Шерсть, раньше блестевшая как отполированный рояль, потускнела, насыщенный чёрный цвет потерял глубину. Видимо, раздёрганное настроение Агнии передавалось и Нотке. Не хватало ещё, чтобы она заболела.
Надо что-то делать. От Кости в таком деле вряд ли можно было ждать помощи. Агния знала заранее, что он ответит на её фантазии. Да и в полиции вряд ли галлюцинации примут как объяснение. Лучше просто избавиться от пикколо, и всё – видеть не видела, слышать не слышала. Агния сжала ладонями голову упирающейся Нотки, и, прижавшись нос к носу, пообещала: – Всё закончится, радость моя. – Преувеличенно бодро добавила: – Вот прямо сейчас и закончится! – встала и быстро, пока решительность не испарилась, направилась в ванную.
Нотка одобрительно чихнула и облизнулась.

Подходящую мусорку Агния нашла с трудом. Долго бродила по дворам, оглядываясь и спотыкаясь, пока, наконец, на окраине микрорайона не увидела недавно установленные подземные контейнеры с зелёной пластиковой наземной частью. С одной стороны теснились уже готовые высотки пока ещё с тёмными окнами, а с другой – невысокий забор, огораживающий стройплощадку, где закладывался фундамент под следующую очередь. Вокруг ни души и ни одного припаркованного автомобиля.
Агния, чувствуя себя шпионом, встала бочком к мусорному баку и незаметно, как ей представлялось, сунула свёрток куда-то вниз. Глухой удар раздался почти сразу. «А они совсем не глубокие, – подумала Агния недовольно, и, словно в подтверждение своих опасений, услышала приглушённый свист. Не глядя под ноги, метнулась в сторону новостройки, быстрее – затеряться между домами, среди людей и с разбегу впечаталась в здоровенную чёрную фигуру.
– Осторожней, дамочка! – высокий парень в форме охранника подхватил её, не дав упасть. – И что мы тут… – он осёкся. Прищурил глаза, будто прислушивался к чему-то, даже голову наклонил.
Светочкина флейта-пикколо решила дать концерт, выбрав на прощание третью часть. Она исповедовалась сбивчиво, захлёбываясь, торопясь выложить всё невысказанное.
– Это твоё? – охранник дёрнул головой в направлении контейнера.
Что вам от меня нужно? – Агния пятилась, нервно оглядываясь, чтобы не оступиться, пока не упёрлась в него спиной.
– То, что свистит, твоё? – Охранник надвинулся и как-то сразу перестал быть милым парнем.
Агния молчала, она не могла понять, как её слуховые галлюцинации могут быть частью ещё чьей-то реальности. И признаться, что они вместе это слышат, значило окончательно предать здравый смысл, который и так уже еле дышит. Но по-настоящему она онемела, когда услышала спокойный приветливый голос:
– Не бойся.
Звучание пикколо вмиг растаяло, проворно утекло через подземные трещины. Охранник успел только обернуться, как единственным, что осталось между Агнией и её заступником, оказалось распухшее плотное облако пара.
Агния опустила руку, которой успела прикрыть лицо. Облако осыпалось мелким снегом на расстоянии двух шагов от неё. Оглушённая, она двинулась вперёд, снова остолбенев из-за неожиданного громкого писка под ногой. Из-под снега, засыпанного пеплом, откопала фиолетового резинового осьминожка – игрушку для ванной. Осьминожек глупо улыбался, смотрел на неё круглыми глазами, пока она счищала с него снег вперемешку с пеплом, и всё-таки отважился подать голос ещё раз.
Агния, опомнившись, отшвырнула игрушку и бросилась бежать.


* * *
– Иди к чёрту, – в запале повторяет Агния вслед красным габаритам, и тихо, уже сожалея о неосторожности, – мне так нужно было с тобой поговорить.
Худощавый мужчина подходит к ней и молча встаёт бок о бок. Она цепенеет от нахлынувшего ужаса, опускает глаза и видит пальцы теребящие край рукава пальто. Кашемир цвета графита льдисто мерцает перламутровыми бликами.
– Не надо, – то ли шепчет, то ли думает она. – Давай, быстрее, – умоляет медленно пробирающийся по нечищеной после вчерашнего снегопада дороге ягуар.
Со стороны, кажется, что они оба просто смотрят вслед – без эмоций, без слов. Через секунду в обволакивающей их тишине зарождается звук. Он усиливается, крепнет, и когда, кажется, что уже нет сил его терпеть, что сейчас пойдёт кровь из ушей и лопнет голова, салон ягуара заполняется плотным облаком пара. Автомобиль плавно, как воздушный шар, взмывает, переворачивается в воздухе, расшвыривая вокруг внутренности.
Агния пытается сделать шаг, ног будто нет, есть только картина взрывающейся скороварки и ощущение тяжести бабушки, навалившейся на маленькую, худенькую Агнию и, одновременно, понимание дикости и несвоевременности этого детского воспоминания.
Непрошеный покровитель хватает её за руку и крепко сжимает, тёмно-серый рукав пуховика и графитовый – пальто соединяются, прорастают друг в друга, преобразуясь в отливающий сталью сплав.
Агнии удаётся перебороть скованность, она рвётся вперёд, скрежет раздираемого металла не слышен в общей какофонии из лязга, хруста и шипения.
Всего несколько шагов и она натыкается на то, что было предметом гордости Константина. Всё разворочено, обезображено. Она откидывает, разгребает, роется в нагромождении мусора, зовёт Константина, в отчаянии обнимает перевёрнутое кресло, гладит его по вывернутому подголовнику, пальцы становятся серыми. Всё вокруг, покрыто пеплом. Агния слышит звонок телефона. Она находит его под креслом, и как только касается, на громкой связи раздаётся Костин растерянный голос: «Агния. Агния. Агния, – повторяет он снова и снова, бесплотный, напуганный, заключённый в золотую коробку.
Подходит любящий её мужчина и нежно обнимает. Никто не может ему помешать. Они будто в коконе, который не выпускает наружу ни звук, ни свет.
– Не жалей. Они теперь со своим сокровищем.
– Оставь меня! Не надо меня любить! Не надо! Не на-а-а… – начинает кричать Агния. Она надеется, что если вот так кричать, орать истошно до визга, до хрипа, до изнеможения, то мир, тот – прежний, пусть скучный, несправедливый, но понятный, настоящий, ещё будет существовать, будет продолжаться, пока она не замолчит. Иначе, вмиг развеется, истает в обертонах, и она безвозвратно окажется на территории исполненных желаний.
Тогда в неживой тишине новой жизни у неё не будет и шанса не расслышать ласковое: «Не бойся. Я всегда буду рядом с тобой, моё сокровище».

Ну раз тут героиня Агния - вполне правильно, мой отзыв будет первым)

Сюрно, женственно, музыкально. Это - плюсы.
Впечатление, что рассказ вырос из сна, местами действие и смысл размыты, как видимые сквозь туман.
Если автор это специально - то респект ему)
Но оценит такое один из пяти читателей, а то и из десяти.
Читая, вспоминала Ангера нашего Евгения и Киру Баеву - красивого в тексте много.

Многозначительно, с недосказанностью, на грани реальности и фиолетовых цветов в небе.
Если бы немного оптимизировать композицию в середине - проваливается-провисает динамика сильно сука - то будет супер.
Поражает не столько картинка смысла в тексте, сколько манера подачи текста. Это надо уметь.
Автор умеет.

Что-то вот не так с этой фразой, как-то ее надо по-другому сконструировать, из-за запятой после "грязь", читается на автомате выпал снег и замершая грязь, но запятая после "снег" спотыкает, то есть, вроде не так все плохо, а до самого главного смысла про сон Агнии уже мыслью не дотягиваешься.
Надеюсь, Автор понял мой поток сознания, потому что в остальных фразах все заплетено кружевом, и как бы крахмально-чистое для восприятия. Но это личное впечатление!




Аккуратно, боясь повредить естественному течению событий, стирает неприятную реальность?



Ничего не понимаю в музыке, но написано очень красиво!


Ннбольшой логический диссонанс во всем этом музыкальном кружеве, - фронтальная часть шкафа-купе - это широкая стена между полом и потолком. Оказаться на шкафу-купе просто никак. Можно на верхней полке в шкафу-купе, но тогда тонкость изложения сюжета малость расстраивается беспорядком, что ж у них, шкаф-купе раскрыт что ли?




Заступник "стирает" людей, но ничего не может поделать с надрывающейся флейтой?




Я скажу, Автор, что ооочень подходящее название и шикарный финал.
Хоть до фига мне и не понятно, но как-то удалось погрузиться в эту льдисто-холодную открахмаленную атмосферу.

Красивый рассказ, местами чувственный, местами жестокий. Понравилось. Прочитал дважды. Спасибо, автор!

ЗЫ. Мелкие недочеты. Для меня хруст снега совсем не похож на хруст чипсов. Гранаты спортивными не бывают. Только учебными или боевыми. Говорящая флейта показалась несколько притянутой к сюжету. Ведь у Светочки она сама не играла. И телефон с потусторонним голосом - тоже как-то напряг. Но все это ИМХО.

Здравствуйте вам. А чем я в школе в физрука швырял?

https://sportok.by/p22917963-granata-sportivnaya-gt500.html

Так и хочется спросить, а что были претензии

Граната спортивная, наполнитель - водка...

Там предупреждают, что никаких литров.

Неее, такое мы не бросали. У нас были учебные ф-1. С чекой, рычагом и т.д. А то, что на фото больше смахивает на ргд-5. Вот имхо, такая тренировка - все равно что стрелять по мишени из деревянного автомата. )))) Ни рожок перецепить, ни затвор передернуть. Кстати, норматив был то ли 40, то ли 50 метров. Спортзал отпадает

Откуда в вас все это кровожадство? Спортивная граната на то и спортивная, чтобы использовать ее для общефизической подготовки, а не для военной, разве что косвенно. Если современный легкоатлет бросает копье, это же не значит, что, если завтра война, он с этим копьем в окопы пойдет.

Просто я с детства занимаюсь военно-прикладными видами спорта. Да и прошлая служба по контракту, наверное, даёт о себе знать. Так что не взыщите)))

К финалу этого красивого текста я устал. Устал до такой степени, что ягуар откусил мне голову. Дверцей. Лязгнула никелированная, блеснувшая фиксой блатняка, ручка - и всё, гобой затрубил отбой. Не спасло знание о кавычках, из которых вырвался хищный автомобиль, не защитила ассоциация с фильмом о "Воспитании жестокости у женщин и собак" и память о сегодняшнем дне рождения Е. Яковлевой, сыгравшей в нём главную роль... Даже собственный рисунок красного трамвайчика (на осеннем "Пролёте") не пришёл, не защитил. Так и остался сидеть, оглушённый потоком эпитетов и туманом в отвалившейся голове - а оторванное не приклеить, это вам любой Берлиоз скажет.
Отдохнул, приладил краниум на флейту-позвоночник, и решил, что так писать можно и нужно, только читатель необходим специфический. Я - обычный, средний, не отягощённый эстетизмом. Мимо промчались красивые звуки, как зайчики в трамвайчике, и жаба - на метле...

Извините, автор, не тронула меня ваша история. Нет цельности, все какое-то раздерганное и зачастую необязательное, как та флейта, про которую уже справедливо заметили: что ж она у Светочки не пела сама собой?
Возможно, поэтому и хочется придираться - и к ягуару без кавычек, и к запятым, понаставленным как бог на душу положит.

Спасибо, автор, прочла с удовольствием.

Понравился диалог в начале - не тривиальный.
Кое-где запятые и "Ягуар" без кавычек улыбнул.
Хотелось бы, чтобы автор в конце конкурса пояснил: Светочка переселилась в флейту, Костик в телефон - это понятно, а вот охранник почему в резинового осьминожку?

Еле домучила - слишком красиво, с запятыми от балды.
Не могла отделаться от воспоминаний о сказке "Поющая косточка" и прочих таких же.
Разверстая пасть уже где-то встречалась; если у вас - обратите внимание.

Аааа... Так это было переселение... А я то думал...
Вот что значит - не любовь к фэнтэзи.

Здравствуйте, автор. Начну сразу же: "Мне не понравилось". Запутался я в этих резких переходах, изменении планов, смене локаций, времени повествования и т.д., смысла тоже не понял. Мне показалось, что это очень быстро для рассказа. Все в комментариях радуются и хвалят вас. Может, рассказ действительно хорош, но на меня он абсолютно никак не повлиял положительно, заставил лишь запутаться во всём этом нагромождении букв и абзацев. Может, со мной что-то не так, не спорю, но чего-то как-то тяжеловато... Если оценка будет ниже, нежели вы ожидали, не расстраивайтесь. Просто, правда, непонятно, мне самому жалко рассказ. Он вроде бы неплох, потому что много всего мистического и стоящего за гранью, но непонятно, слишком большая динамика для текста, не успел за ним... Удачи вам, не расстраивайтесь!

Красиво, понравилось читать, спасибо Автору! Хотя стиль - на любителя. По сюжету остался главный вопрос - почему охранника переселили в игрушку-осьминога? Этот вопрос не дает мне покоя

Вы писатели или где? Купил ребенку, хотел вечером принести гостинец от зайчика.
Носил с собой, память от выросшего ребенка.
Его талисман.
Подарок на память.
Нашел, думал отдать кому-то.
Мало вариантов, что ли?

Очень красивый слог, зачиталась, но где-то в середине стало немного скучновато, а концовку только сейчас дочитала. По лит части претензий вообще нет, мне бы так писать. Но. Мне не хватило динамики и развития сюжета, в середине появилась затянутость, которая лично для меня, погребла под собой сюжет и даже концовка ее не спасла. Увы. Но за красоту слога, в любом случае, плюс!

Прочиталось легко. Мешало только то, что вместо того, чтоб наслаждаться текстом, я вылавливала ошибки и знаки препинания. Желаю автору найти свою бету)) хотя бы грамотного знакомого, который может вычитать текст!
Рассказ сюрный и немного жуткий, но, мне кажется, немного не додуманный. Особенно неясен финал. Надеюсь, автор потом нам всё пояснит. Но, в целом, ощущения от рассказа приятные. Спасибо. И удачи!

Есть некая мистическая сущность, которая аннигилирует всех, кто героиню бесит или расстраивает.
Вывод: не надо общаться с теми, кто бесит. Вот реально, зачем держать рядом с собой столь токсичных людей?

Атмосфера и "внутренний мир" (который в сознании, а не то, что вы подумали, мои маленькие маньяки) героини переданы прекрасно. Прямо веришь в неё. Понимаешь, что у музыкантов какое-то особенное "восприятие": необычные ассоциации, сравнения.
Но тут надо с самого начала настроится на эту "волну" (я настроилась, мне зашло). Иначе утомят все эти красивости, за которыми не так уж и много сюжета.

Вспомнились строки: «Поднимается вопрос: человек женщина, или не человек, и торжественно доказывается, что человек»))))) только тут в самом названии и вопрос поднят и ответ дан, раз женщины и кошки в одном ряду стоят

Сама история робкой натуры, не умеющей отстаивать свои границы в личной и общественной сфере написана прекрасно. Всё её молчаливое страдание и бунт... Прогиб реальности, который она создаёт действительно теряет читателя, как и саму героиню. Психологически круто переданы надрыв и ужас бунта для самой героини))) Не понравилось только возведение вопроса в ранг гендерного. И это резкое очерчивание вопроса, как чисто женского (с безосновотельным притяшиванием котов за хвосты), на мой взгляд, обязано лишь названию. Сам текст крут. Название для эффектности? Или автор считает проблему и правда женско-кошачей?))))

В рассказе есть все мои любимые ингридиенты: музыка, сны, тайна, изменение мира силой мысли - но получилось из них нечто неудобоваримое. Затянутая мистика с размазанным концом. Что в итоге-то - "все умерли"? Что дальше ГГ будет делать? Впрочем, в течение всего рассказа она ничего не делает, а безвольно плывёт по течению, что тоже раздражает. Не люблю таких тряпок, даже если это женщины.

Жестокость к женщинам и кошкам

Название, признаться, заворожило. Пришлось даже себя тормозить, чтобы не пробежать бегом-бегом по тексту, зачитывая лишь сюжет. Но даже внимательное чтение и попытка вчитаться между строк не особо помогло. Но в любом случае впечатление от рассказа только положительное, хотя и оставались некоторые непонятки. И, думаю, я буду очень благосклонен к этому тексту. Скорее от того, что ему удалось затронуть какие-то сокровенные нотки души.

- зпт между однородными членами. Второе предл. я бы как-то перефразировала. Не звучит.

- а вот здесь как раз и не надо. Союз же разделительный.

- гм-м... Такое впечатление, что в прыжке. Посадите её хоть в машину, что ли...

- а вот здесь у меня устойчивое впечатление, что это предложный падеж должен быть, а не дательный.

Мне понравилось. Очень понравилось. Даже подумалось, что ФП где-то тут промелькнула, но нету её. Чуть не хватило понимания - откуда появился призрак, уничтожающий людей. Вернее превращающий. Ну, хоть какую-то предпосылочку, автор. Может быть, надо было сон сначала дать? И ещё перебивка со временем. Несколько сбивает с темпа. И самый последний момент - название. Как оно связано с самим рассказом? Ну ладно Светочка на героиню ополчилась и её в расход. Охранник наехал, и бойфренд издевается - их туда же. Но котика вроде бы никто не трогал? Чья жестокость по отношению к нему? Может быть ягуар? Без кавычек он так одинок и жалостен на зимней дороге...

Не рассказ, а прямо какой-то парад личностей настолько неприятных и отталкивающих, что читать про их невероятные приключения было сущей каторгой. Честно, я себя просто пинками лупил, чтобы добить очень компактный текстик. И даже скоропостижная смерть (ну ладно-ладно, "типа-переселение душ") этих господ не доставила облегчения.
Константин - инфантильный жлобоватый мажорчик, с пассивно-агрессивным пунктиком;
Света - высокомерная провинциальная хабалка;
Агния - забитое, завистливое, не удовлетворенное, ни морально, ни физически, существо, позволяющее (наслаждающееся?) водить себя мордой в грязной луже, корчащая из себя классическую "жертву", и, судя по всему, падкая на денежки, что она прикрывает замечательной фразой "у него был стиль" (ну мы же с вами понимаем о чем это она, правда?).
В этих координатах тот самый пресловутый спаситель главной героини, на мой взгляд, отражение её раздутого эго, подавленное желание сметать, уничтожать неугодных, похороненное под грузом собственных комплексов и слабохарактерности.
Агния в этом тексте до того похожа своим modus vivendis на Лену из "Договорись с собой", что я даже подумал про сквозного персонажа, честно.
И вся вот эта карусель сдобрена музыкально-чувственным флёром с размазанной по нему "типа-мистической" недосказанностью, но маскировка эта очень условная и положение дел только усугубляет.
В общем,надо отдать должное автору, на эмоцию читателя вывести его получилось. В данном случае, правда, эта эмоция - "фу-фу-фу, братцы, какие же вы мерзотные".
Кстати, охранника жалко. Чувак выполнил свою работу, а тут на тебе. Встал на пути у закомплексованной феечки. Бедняга.
Короче, ребята, не знаю как вы, а я чую, что с этим текстом мы лучшими друзьями не станем и детей в его честь я не назову.

Ничего не понял. Описания красивые, но как их связать между собой? Что за чем следует и почему это так? Просто продирался к финалу. Странный текст.

Здоровский рассказ, произвёл мощное впечатление.

Какой жестокий воздыхатель. Чуть что - в пепел. Рядом с таким не то что...

...крикнуть, подумать поперёк страшно.

Куча ружей, которые так и не выстрелили: бабушка, коллеги, граната... не понял восторгов почтенной публики.. кто? зачем? почему? ни мотивации героев, ни идеи, ни смысла...как рыбки в аквариуме поплавали и пфык - в пар..

ничо не понял ни тогда, когда прочел, ни сейчас - когда перечитал

Автору было трудно начать, это заметно.

Я бы так написал "Чёрное высокое небо, снег вкусночипсами хрустит под ногами. Агния не сразу замечает "шевроле" Константина. Он ...

Рассказ - видение, рассказ - другая реальность. Но над стилем автору надо поработать! И помнить - первые строчки много решают! Удачи!

В рассказе чувствуется стиль. Его интересно читать. Автор умеет загадать загадку. Жаль, что по прочтении не находишь ответа на все вопросы, поставленные автором. Что это за таинственный маньяк-воздыхатель, превращающий людей в вещи? Реальный человек? Или галлюцинация? Альтерэго? Почему этих людей превратили в эти вещи? Если с флейтой и телефоном более менее понятно - предметы, которые ассоциируются у героини с неприятными переживаниями относительно героев, то как быть с резиновой игрушкой? Символ страха, чудовища?
Текст символический, больше напоминает поэзию, чем прозу, построен на личных авторских ассоциациях.

Думаю, персонажи превращались в значимые для них вещи, а не в ассоциации героини

флейта же была и раньше...

Ладно. "Вселялись" звучит лучше?

флейта — значимая вещь, но телефон ? ладно, пусть
но как я должна понять, что телефон и резиновый осминожек — это значимые для героев вещи,?

Может быть это: "– Не жалей. Они теперь со своим сокровищем." А сам потом называет её своим сокровищем. (Моя прелесссть) Извините, не удержалась)))

слова ненаднежного персонажа. и не прочитывается с первого раза.

Про телефон - вроде упоминалось в рассказе (лень искать, просто помню, что откуда-то это взялось).
Про осьминога - без понятия, персонаж-то эпизодический, не раскрыт.

Тоже ж не знаю, как оно задумывалось автором. Просто поясняю, как я это "восприняла".

По идее, ожидалось, что Константин вселится в машину (тоже где-то в тексте видела, что это для него значимая вещь). Ибо про "значимый" телефон до этого не упоминалось.

Имхо, эт не обязательно значимые вещи, а звучащие

интересная идея — превращались в звучащие вещи. докрутить бы ее

Флейта-позвоночник уже была

Социальщина о смысле зла на фоне мистического мужика. Точнее, об игре констрастов: разве можно быть счастливым, если не был несчастным и не с чем сравнивать? И с чего вдруг нам нужна помощь, если нам нужна только поддержка, сочувствие и понимание? Такое впечатление, что героиня разбудила какого-то злобного духа. Или свое второе "я", но кончилось все плохо. И поучительно.
З.Ы. Котейку жалко.

Неужели я нашла?...
Ванюшин Василий "Желтое облако". И фильм такой есть. Правда кажись не по этой книге.

Рассказ сюрный и грустный. И правда напоминает сон. Как трактовать пока не знаю, надо подумать. Знает ли автор как трактовать рассказ? Надеюсь. Но передано качественно на мой взгляд точно будет 10

Какая-то нечисть привязалась к героине, осуществляет её потаённые, "злые" желания. И сама она не рада, что такой влюблённый защитник рядом. Хотелось бы, чтоб встретила она не просто в сне, а что-то натолкнуло извне. Непонятно, когда он в неё влюбился, где она его подцепила. Распыляющиеся люди напомнили танцовщиц Ябадзина.