— Такой улицы нет, - заверил я Хвостикова.
— Да почему же? – удивился он. – Вот улица Кубрика, дом минус тринадцать.
Зря я согласился на эту затею. Зря. Признаюсь честно, Хвостикова я даже другом не считал. Так, хороший знакомый из квартиры напротив. Здоровались всегда, иногда кассетами менялись. А тут он предложил мне подработку. Сказал, платят хорошие деньги. А делать практически ничего не надо. Спросил, есть ли у меня видеомагнитофон? Я ответил, что он есть у моего соседа по комнате. Тот уехал на лето и, как водится, всё его имущество до осени оставалось в моём распоряжении. В общем, на подработку я согласился. И теперь жалел.
Который час мы блуждали по улицам Тюмени? Второй, третий? Летний зной давно отступил, сменился вечерней прохладой. Ветер гонял по тротуарам тополиный пух. Вокруг не было ни души, только в окнах квартир мелькали подозрительные силуэты.
— Мы заблудились? – спросил я Хвостикова.
— Нет, - ответил он, сверяясь с какими-то записями. – Нет. Почти на месте.
Я шёл следом за ним и удивлялся. Сколько лет жил в Тюмени, а такие странные места видел впервые. Улица Кубрика, парк Киноплёнки. Проспект Тарантино? Казалось, привычные улочки были всего лишь прикрытием, некой ширмой, за которой существовал совершенно другой город, невидимый для обычных людей. А уж кто здесь обитал – страшно подумать.
Так, стоп, когда я перестал узнавать местность вокруг? Помню, два квартала мы шли спиной вперёд, чтобы пух не летел в глаза. Потом двигались боком через какие-то колючие заросли. Потом и началась чертовщина.
Больше всего меня пугали дома. Не обычные бетонные пятиэтажки. А красные и желтые сооружения, напоминавшие причудливые фигуры из тетриса. Приглядишься, вроде, семь этажей. Моргнёшь, уже восемь, а то и все десять. И во всех окнах горел синий свет, и кто-то там ходил. Только вот мне казалось, что это не люди. Насекомые, выросшие до человеческих размеров. Ну и ну, чего только не привидится в сумерках.
— Не оборачивайся, - прошептал вдруг Хвостиков.
— Это ещё почему?
— Нельзя и всё, - ответил он. – Пусть думают, что мы их не видим.
Зараза. Всю дорогу меня не покидало чувство, что кто-то идёт за нами. Прячется у самой границы восприятия. Следит. Или выжидает, к чему-то готовится?
— Слушай, - не выдержал я. – Мне надоело. Давай обратно.
— Поздно обратно, - Хвостиков даже не посмотрел на меня. – Только вперёд. Ты не переживай. Уже почти.
Сказал и нырнул в какой-то подъезд. Я за ним. Споткнулся о высокий порог, ударился в темноте обо что-то мягкое и холодное.
— Хвостиков, блин!
— Сюда! – голос друга звучал странно, будто рот его был набит тараканами.
Я дал глазам привыкнуть. Увидел перед собой покосившуюся дверь. Над ней две пузатых буквы. «З» и «К». Ничего не понятно. Дёрнул за ручку.
— От себя! – крикнули мне изнутри. – От себя нужно!
Я так и сделал. В глаза ударил яркий свет. На миг почудилось, что передо мной комната, полная людей. Но стоило моргнуть, как наваждение рассеялось. И я увидел перед собой высокие стеллажи, как в библиотеке, только с видеокассетами. Рядом, у входа, пыльная стойка. Внутри, кроме меня, были ещё Хвостиков и мужчина, похожий на майского жука.
— Дробный вечер, - кивнул он мне и тут же добавил. – Вы нам подходите. Вы - довольно страшный! Это замечательно.
Я так и обомлел. Да, успехом среди девушек я не пользовался. И уши большие, и прыщей хватало. Но никто никогда меня страшным не называл! Никогда! А тут – незнакомый человек. Да ещё и при знакомстве.
— Не расстраивайтесь, - сказал он мне, - вам же лучше. Страшные не вызывают особого интереса.
Я предпочел промолчать. Представился:
— Олег. Мне сказали, что вам нужны работники?
— Не совсем.
Вот те на. И тут Хвостиков обманул?
Сам он стоял в стороне, делая вид, что не слышит нас. Разглядывал видеокассеты на полках. Рядом с ним я заметил красочный календарь. Сверху были выведены большие цифры. 1999. Год верный, уже хорошо. По бокам на календаре ровными столбиками красовались числа и месяца. А по центру рисунок киборга. Терминатор. И это был не Шварц. Я узнал другого актёра. Брюс Уиллис.
Человек-жук исчез на мгновение под стойкой, вынырнул обратно.
— Работников у меня хватает. И пока они справляются. Мне нужны потребители.
Оранжевая лампа над головой легонько раскачивалась, туда-сюда, и с каждым её движением хозяин за стойкой будто бы подрастал.
— Не совсем понял вас, потребители? – я старался быть вежливым.
Он положил перед собой видеокассету.
— Мне, - голос его казался стрекотом сверчков, - нужны те, кто будет смотреть.
От разочарования я чуть не прикусил себе язык.
— Смотреть? Просто так?
— Нет же, - хозяин поманил меня пальцем. – За деньги. Одна кассета – пятьсот рублей.
Казалось, пол и потолок в этой странной комнате поменялись местами, мир сделал стремительное сальто, а после вернулся в исходное положение. С трудом я подошёл к стойке. Глянул на кассету. Самая обычная, в пластиковой коробке с логотипом какой-то китайской фирмы. А вот название…
«Иван Васильевич меняет профессию 2»? Не может быть!
— Ну что? – посмотрел на меня хозяин, и глаза его становились то чёрными, то ярко желтыми. – Тут ничего сложного. Берётесь?
Протянул кассету мне. Я, всё ещё борясь с какими-то внутренними противоречиями, взял её. На автомате спросил:
— А деньги?
— Получите, когда посмотрите. Вот адрес, - он быстро начеркал какие-то каракули на белом листе, - отдадите кассету туда. Тогда и деньги. Так, - он пожевал губами, и мне почудилось, что во рту у него ползают маленькие черви. – Два правила.
Так и знал, будет подвох.
— Кассету до конца не смотрите. Ни в коем случае.
— Почему?
— Нельзя, - только и сказал он, будто это слово разъясняло мне всё и сразу. – И кассету отдайте в течение дня. Обязательно. Не должны они к вам привыкнуть.
Они? Он сказал – «они»?
— Так, мне пора – хозяин как-то неуклюже повернулся, и на секунду мне привиделось, что у него несколько рук. – Вам всего доброго.
Комната наполнилась странными звуками. Словно вокруг перематывали сразу сотню кассет и шумели, скреблись по углам невидимые насекомые.
Хвостиков потянул меня к выходу.
— Скорее, - шепнул мне на ухо, - долго здесь нельзя.
— А вы, дорогой мой, задержитесь, - попросил его хозяин.
Хвостиков вытолкнул меня из комнаты. Я остался один, в полутьме, с кассетой в руках. Передо мной кто-то вздыхал, причмокивал, будто обсасывал кости. Стучал копытами по старым доскам. И бегал по потолку, туда-сюда.
До слуха моего донеслись обрывки фраз:
— Знаю… говорил… ты привёл… обещал… но это не я решаю… жди… только так.
Не успел я сложить эти обрывки в связные предложения, Хвостиков пулей вылетел из комнаты, толкнул меня на улицу. Ни слова не сказал. Побежал вперёд, а я с трудом за ним поспевал.
Помню, что-то у него спрашивал. Но ветер заглушал мой голос. Или съедал слова. И я бежал, задыхался. А мимо, словно в быстрой перемотке, проплывали причудливые дома и гротескные сооружения, похожие то на гигантские муравейники, то на гудящие осиные ульи.
Домой я добрался, когда на улице уже рассветало. Кинул кассету в прихожей. Сам, практически без сил, рухнул на заправленную кровать и…

…проспал до обеда. Разбудила меня муха, которая билась в стекло. И жужжала, будто пыталась что-то сказать.
И руки, и ноги мои болели, словно всю ночь я таскал мешки с картошкой. С трудом поднялся, умылся. Глянул в зеркало. Сам стал похож на жука. Заплывшие глаза, недельная щетина, волосы в разные стороны. А ведь и вправду страшный, подумалось мне. И сердце тоскливо сжалось.
Потом я глянул на кухонный стол, и забыл про себя любимого.
«Иван Васильевич меняет профессию 2».
Вчерашнее приключение казалось смазанным сном. Я помнил только хозяина, который будто бы рос, и бесконечные стеллажи с кассетами.
Видеомагнитофон стоял в комнате у соседа. Со второй попытки я вставил кассету. Долго держал палец у кнопки «Плэй». Наконец, нажал.
И мир за окном словно померк, замер на паузе.
А вся моя жизнь сузилась до экрана старого телевизора.
Те же актёры. Те же герои. И завязка.
Тимофеев изобрёл машину. Но не времени. Устройство переместило его не в прошлое, а в какую-то параллельную реальность. И жили там не люди.
Монстры! Огромные плотоядные кракены, синие зубастые осьминоги, проникшие в наш мир. Существа устроили настоящий конец света, пожирали людей, рушили дома, превращали Москву в серое пепелище.
Я сидел с открытым ртом и восхищался. Вот это да! Вот это спецэффекты! Никогда раньше не видел такой красочной картинки! И актёры! Такие же молодые, как четверть века назад! И когда они успели сняться в продолжении?
По сюжету герои открыли ещё один портал. В мир, напоминающий средневековую Русь, где все люди были бессмертными и обладали просто немыслимыми способностями. И царь Иван Грозный мог силой мысли умертвлять ужасных созданий. Он со своей армией объединился с героями фильма и…
«Не смотри фильм до конца»
Слова всплыли в памяти, словно кусачие пауки. Я спохватился, не нашёл пульт, подпрыгнул к магнитофону, нажал «стоп».
Перед глазами всё плыло, танцевало, и комнату наполняли замысловатые силуэты, которые кружили вокруг меня.
— Я не досмотрел! – закричал я в пустоту, и всё исчезло.
Держась за стену, добрался до телефона. Набрал Хвостикова. Длинные гудки казались тоскливым воем умирающего животного. Бросил трубку, вернулся в комнату.
Тёмный экран телевизора, словно бархатный занавес, за которым копошилось что-то огромное. Нащупывало выход, скреблось о стекло.
Я не выдержал, выдернул провод из розетки. Вспомнил, что забыл вынуть кассету, что надо же её кому-то передать. Снова включил магнитофон. Он нехотя изрыгнул свою добычу. Будто показал мне…

…язык. Распух, болел. И чёрт с ним. Я наспех пообедал. Посмотрел в листок. Адрес был мне знаком. Улица уж точно. Но на ней ведь никто не жил! Там были склады, гаражи, свалки. Так, ладно.
Кассету я положил в пакет. Чтобы не привлекала внимания. Мало ли. Ещё раз позвонил Хвостикову. Бесполезно.
Дверь он тоже не открыл. Наверное, на работе. Уже спускаясь по лестнице, я поймал себя на мысли, что не знаю, кем и где работает мой сосед.
На улице, как в духовке. От жары плавился асфальт. Бродячие собаки и кошки прятались в тени больших домов и деревьев. В центральном фонтане плескались дети, а старушки обмахивались газетами и панамками.
До нужной улицы я добрался пешком. Всю дорогу думал. Откуда взялся этот фильм? Он явно не советского производства. Не умели у нас так делать. Ни тогда, ни сейчас, в конце девяностых. И, сколько себя помню, не видел, чтобы это продолжение показывали в кинотеатрах. Неужели та контора и тот хозяин существовали в какой-то другой вселенной, где снимали совсем другие фильмы? Там, где были совсем другие закон. И другие обитатели.
Вспомнились вчерашние блуждания. Незнакомые места в городе, который я знал, как свои пять пальцев. Улица Кубрика. Парк плёнки. Стало неуютно, в животе у меня будто змея поселилась и кусала, кусала…
Я побежал и не оборачивался. Боялся, что меня опять преследуют, и стоит обернуться, как они меня нагонят, разорвут и…

…вот я на месте. Склад возвышался передо мной гигантской бетонной коробкой. Вокруг ни души. Массивные железные двери были открыты, а из них словно сочилась густой смолой чернота.
Внутри всё заставлено ящиками и мешками.
— Есть кто?
Голос мой эхом пробежался по складу, застрял в какой-то невидимой паутине.
— Я кассету принёс.
— Сюды давай.
Темнота обрела форму, вздохнула тяжело. Шагнула ко мне.
Старичок в грязном халате. С жёлтыми ногтями и гадкими бесцветными сосульками вместо волос. Ловко выхватил кассету из моих рук, повертел её, постучал средним пальцем по коробке. Спрятав кассету под халатом, протянул мне пять сотенных купюр.
— Замечательно, - прошамкал он, и голос его звучал отовсюду. – И вот ещё, как полагается. Держите.
В руках у меня, как по волшебству, появилась другая кассета.
— Что это? Зачем? Не надо.
— Надо, - закивал он, точно болванчик. – Теперь не отвертитесь. Правила знаете?
— Да. Нет. Что за правила?
— Не смотреть до конца. Передать вот по этому адресу в течение дня.
Чиркнул ногтем по коробке, где красной ручкой были выведены косые строчки. Буквы, казалось, вот-вот разбегутся по складу испуганными тараканами.
— А если я не хочу…
— Это не вам решать, - прошамкал старичок. – Взялись за дело, будьте добры.
В тёмной утробе склада кто-то заскулил.
— Извольте откланяться, - он шагнул назад, кашлянул и растворился.
Будто и не было.
Я посмотрел, что за фильм достался мне на этот раз.
«Криминальное чтиво. Версия Ноль».
Час от часу не…

… — Легче, - произнёс экранный Винсент Вега.
И проломил грудь Мии Уоллес осиновым колом.
В этой версии почти все герои фильма были вампирами. Винсент и Джулс колесили по городу, истребляли кусачих тварей. А герой Брюса Уиллиса, Бутч Куллидж, оказался главарём клана вампиров.
Ночь за окном накрыла город чёрным покрывалом. И только редкие фонари, подобно светлячкам, горели далеко-далеко.
Всё происходящее на экране гипнотизировало, околдовывало. И снова я поймал себя на том, что этот чудесный фильм с первоклассными эффектами и гримом заканчивается, а его смотрю, смотрю…
В последнюю секунду поставил кассету на паузу. Винсент и Джулс стояли посреди кафе, залитого кровью. Готовились уйти в закат.
Я решил отмотать назад. Что будет тогда?
Чёрт, лучше бы я не делал этого. В обратной перемотке исчезли герои, исчезло кафе. Остались только они. Тараканы. Большие, мохнатые, они метались по экрану коричневыми пятнами. Забирались друг на друга, падали, бились об экран. И панцири их блестели, словно драгоценные камни. И длинными острыми лапками тараканы нащупывали себе выход.
Да, я закричал. Завопил пожарной сиреной. И все они ринулись ко мне.
Я с такой силой вдавил кнопку «ВЫКЛ», что перед глазами поплыли белые круги. Вскочил на ноги, ринулся на кухню. А противный звук следовал за мной, цеплялся и норовил…

…ухватиться, хоть за что-нибудь. Успокоиться. Отогнать кошмары. Мне ничего не угрожает. Мне. Ничего. Не…
В дверь позвонили.
Не открывай, подавало сигналы подсознание. Оставайся на месте! Это они пришли за тобой! И в прихожей шуршат пакетами тоже они! Везде они!
В дверь начали колотить ногами. Послышался знакомый голос…
На пороге стоял сосед по квартире.
— Я проездом, одежду взять. Извини, что поздно, ключи забыл.
Я впустил его в прихожую. Он разулся, пошёл к себе.
— Видик смотришь? – спросил он, а я каждую секунду ждал, что вот сейчас, на него набросятся мерзкие тараканы. – Какое кинцо?
— Да так, криминальное чтиво.
Сказать ему или нет? Показать, что я смотрю?
Нет! Нельзя втягивать и его. У него же мама больная, он за ней ухаживает. И сестра маленькая. Нельзя! Это Хвостиков – последний негодяй. Втянул меня и пропал. А я не такой.
— Так себе фильмец, - сосед выставил из комнаты пакет с вещами. – Смотрел в том году, чушь запутанная. Вот если бы этот гений-режиссёр снял про драчки кино! Или про немцев чего-нибудь! Я про войну люблю.
Он галдел и галдел, а я его не слушал.
Я боролся с кусачими тараканами в своей голове, пытался вспомнить, как…

…добраться до странного проката оказалось легче, чем я думал.
Похоже, теперь, когда неведомые тараканы стали частью меня, они сами вели, и следовали за мной всю дорогу.
И я не оглядывался. Честно-честно.
— А ты похорошел, - сказал мне хозяин, когда я вошёл к нему.- Зря ты так. Теперь ты им приглянулся. Не отстанут.
Он издевается?
— Чьи это тараканы? Чего они хотят?
— Чьи? Не мои. Они показывают только то, что хочешь ты. Что было на твоих кассетах?
— Иван Васильевич и кракены, Криминальное чтиво с вампирами.
— Вот видишь, - он громко присвистнул, и языков у него было больше, чем один или два. – То, что ты хочешь. Я называю их затаившиеся короли. Очень и очень любопытные создания. Живут на видеоплёнках. Берёшь в руки чистую кассету, а через минуту там – опа – занятное зрелище. Меня самого не мучают, чувствуют кормильца. А в обычных людей, если вцепятся, то… Хотя чего я всё говорю? Вот, посмотри.
Он разложил перед собой несколько кассет.
— Наши прошлые достижения.
Я пробежал глазами по наклейкам.
«Терминатор против Крепкого Орешка»
«Кошмары на улице Чапаева»
«Друзья. Нулевой сезон»
«Свадьба Лёхи. Версия с оборотнями»
«Свадьба Лёхи. Версия с гремлинами»
Были и совсем незнакомые мне названия.
«Игра Престолов»
«Во все тяжкие»
«Период полураспада 3»
«Война на восьмом континенте».
— Это всё они? – слова давались мне с трудом. Казалось, что внутри меня копошатся те самые тараканы. Одно неосторожное движение и выпрыгнут наружу.
— Они, да.
Хозяин то становился толстым, как бочка. То худел, делался похожим на пугало. У меня слезились глаза. Мысли, словно подтаявшие пряники, слипались в непонятные слова и предложения.
— И если я посмотрю эти кассеты до конца…
— Они выберутся, - закончил хозяин. Постучал пальцами по столу. Вместо ногтей на них виднелись полузакрытые веки. – Потому мы и зовём их королями, они способны показать всё, что тебе угодно. Потому и зовём затаившимися, ведь они ждут, сидят и ждут, когда ты ошибёшься и откроешь им лазейку.
— И что тогда? – собственный голос казался мне чужим. – Миру конец?
— Почему же миру? - удивился он. – Им нужен только ты. Только человек, чьи желания они воплощают на плёнке.
Мир снова сделал крутое сальто назад, и закрутил меня. В руках моих вдруг очутилась ещё одна кассета. Но буквы на ней прочитать не получалось. Они разбегались, как тараканы от света. А я брёл по тёмным улицам, и за каждым поворотом, за каждым кустом копошились они. Мерзкие, противные…

…тараканы были и здесь. Я поднимался по лестницам, они хрустели под ногами. По адресу, который дал старичок в грязном халате, мне открыл не то человек, не то создание с телом, похожим на консервную открывашку.
— Замечательно, - он забрал мою кассету. – Великолепно. У вас талант. Надеюсь, он не пропадёт зря!
Я хотел ответить, но из горла вырвался какой-то птичий клекот.
Получил свои пятьсот рублей. И новую кассету.
Казалось, только шагнул вниз по лестнице, как уже ударился лбом о собственную дверь. Боль вернула чувство реальности. Я осмотрелся. Длинная кишка коридорной секции пустела.
Словно всех до единого сожрали затаившиеся короли.
Телевизор работал. Магнитофон, будто открыв рот в немом крике, смотрел на меня чёрными глазами-кнопками, а внутренности его были похожи на блестящие обглоданные кости.
Я поставил чайник. Вынул из холодильника батон старой колбасы. Вспомнил про кассету. Глянул наклейку. И чуть не хлопнулся в обморок.
«Чемпионат Мира по футболу 1998. Финал. Россия – Франция».
Не может быть! Мы ведь даже не попали на тот чемпионат!
Забыв про чайник и про колбасу, я включил кассету, на экране появился стадион, и два десятка футболистов, и тысячи болельщиков на трибунах. Я увидел знакомые лица. Зидан, Трезеге, Бартез. Филимонов, Онопко, Бессчастных. Голос комментатора тоже узнал.
— Здравствуйте, дорогие болельщики! Мы рады приветствовать вас на финале мирового первенства по футболу, где встречаются французские галлы и русские медведи! Лидеры, монстры футбола! Две сильнейших сборных!
Я смотрел, боясь дышать. А за кадром Виктор Гусев рассказывал и рассказывал. О наших ребятах, что заключали миллионные контракты с испанскими и английскими клубами. О том, как наша сборная выиграла два последних чемпионата Европы по футболу, как раскатала никому не известную сборную Германии в товарищеском матче со счётом семь ноль!
Я не мог оторвать взгляда, следя за бегающими футболистами, летающим мячом и гипнотизирующим зелёным газоном. Лица на трибунах как коричневые пятна. Не люди, а тараканы. На мгновение показалось, что среди них я увидел Хвостикова. Но потом внимание отвлекла фантастическая атака наших футболистов. И восторженные крики комментатора. На кухне свистел кипящий чайник, в прихожей надрывался телефон. Мне было плевать.
В первом тайме французы забили один мяч, но мы его тут же отыграли. Забили с пенальти. Перед перерывом забили ещё, со штрафного. Не успел я опомниться, начался второй тайм. И снова русские медведи носились по полю, рвали на части французов, и никто не мог их остановить.
Три - один! Четыре - один! Пять…

…один. Я проснулся в квартире совершенно один. По экрану бегала рябь, от которой слепило глаза. И сейчас белый экран до жути напоминал открытую банку, откуда сбежали опасные тараканы.
— Я не досмотрел! Не досмотрел! Я уснул! Уснул!
Только не оглядывайся!
Я подскочил к телевизору, подхватил коробку от кассеты и…
Магнитофон был пуст.
Только сейчас я осознал, как тихо стало вокруг.
Никто не скребся за шкафом. Не шумели машины за окном. Не топали соседи сверху.
Только моё сердце стучало громче пионерского барабана.
Что делать?
Кассета, которую мне дал хозяин! Она же осталась!
С ней-то что делать?
Отнести в прокат, отдать её обратно. Может, они пожалеют?
Нет, ответило мне подсознание. Они уже выбрались.
Но я снова летел по незнакомым улицам, мимо домов, что вытягивались в небо чёрными башнями, мимо деревьев, чьи ветки были мохнатыми лапками. И всё вокруг казалось мне ненастоящим, каким-то картонным. Дунь, и целый город развалится.
Вот и знакомый подъезд, покосившаяся дверь. Буквы «З» и «К». Темнота, пахнущая чем-то старым. И мёртвым.
Я дёрнул за ручку, влетел внутрь. И застыл каменной статуей.
Дверь за спиной захлопнулась, отрезав путь к отступлению.
Передо мной был не прокат кассет.
Нет.
То был отсек какого-то космического корабля, заполненный металлическими ящиками. На каждом было выведено одно слово.
«Ностромо».
— Бретт, ты меня слышишь? Бретт!
Голос доносился из рации, которая появилась у меня на поясе.
— Бретт! Это Рипли! Существо в твоём отсеке! Будь начеку!
Рядом лежал огнемёт. Я потянулся к нему, но в этот момент голос из рации тихо произнёс:
— Боже, Бретт… Оно прямо за тобой.
И кто-то большой и сильный шевельнулся у меня за спиной.

Тарак... Тарантино!
Боже, он-то каким местом к нашим тараканам?

Из плюсов - довольно занятная история.
Из минусов - переваренная юмореска. Сокращать, много лишних деталей, названий.
Динамика как при нажатии кнопки лоу.
Короче - писать стоит короче.

Читали Тима Пратта - "Невероятные мечты"?
Там похожий фантдоп куда более изящно.
Но у вас тоже получилось местами интересно. Не дожали немножко в финале и переборщили с градусом бредовости. А так - вполне сносно.

До Стивена, нашего, Кинга - далеко, но автор замахнулся.
Отличный рассказ. Я бы не переделывал. Я бы развернул его в роман. Добавив маму с проблемами и мертвого отца. Священников и школьного учителя мученика. И мальчика - повелителя тараканов. И утопил бы Тюмень в грехе!
Смело ставлю пять баллов против ноля - автор победил тему

Стиль незамороченный, рассказ приятственно начинается с диалога, в карьер, но непонятно почему тогда так затянуто начало для короткого рассказа. Мастерство нужно оттачивать умея длинное объяснение ситуации уложить в пару предложений. Идея с просмотром кина не нова и кажется напоминает Мультики Елизарова.
Необходимо работать с идеей и над языком, но потенциал есть, с фантазией все хорошо , а это уже полдела.

Какой нах роман?
Тут на рассказ нет темы.
Да, конечно, издают книги вроде "Похождения какашки". Только какой му... чудак покупает и особенно читает?

Не могу не ответить: пока сын не начал бояться какать - я тоже думал, а нафига такие книжки. А когда ты умоляешь двухлетнего ребёнка сесть на горшок, и радуешься, что он покакал стоя... То вспоминаешь об иллюстрированных похождениях какашки, над которыми смеялся, и начинаешь книгу искать

Затянуло. Написано хорошо, гладко. Не слишком понравилась концовка. Да, неожиданно, но... Впрочем, автору видней. Удачи!

Язык – хороший. Читается легко. Вот только не понял, зачем понадобилось дробить одну фразу на несколько предложений:

«Больше всего меня пугали дома. Не обычные бетонные пятиэтажки. А красные и желтые сооружения, напоминавшие причудливые фигуры из тетриса».

А вот разрубание фразы многоточием с переходом на новый абзац мне понравилось.

Сюжет – полноценный сюр, довольно сочный. Хорошее такое безумие. Вот только концовка показалась мне чуть скомканной.

На редкость удачная идея.
Или я ее не понял и домыслил что-то свое?
Может быть.

Но поработать над текстом надо. И немало.
Рассказ не сбалансирован. Начало затянуто, эпизоды с фильмами то идут пересказом, то "вживую". Финал немного смазан. Может быть, стоит заменить намек картинкой?

А так - неплохо!

Мне всё время казалось, что автор сидит рядом и тычет пальцем в монитор: ну ка сюда посмотри! И сюда! Видишь? А тараканы! А пальцы? Круто, да? Кракен - ваще жесть! Во я придумал? Нравится? Нравится?!
В общем - мешал мне сосредоточиться.
Рассказ слишком быстрый, и слишком много в него напихано лишнего. И слишком быстро сломался герой. И слишком размыт его эмоциональный портрет. И слишком непонятно, на кой ляд вообще всё это написано.

Но видно, что старался. За это уже можно поставить тройку.

P.S. Вот эти разрывы на середине предложения - они зачем?

Однозначно понравилось! И страх у героя натуральный и окружающее прописано правильно. Здоровская такая психоделика.

Офигительный рассказ. Очень понравилось. Красочно и психушечно. Единственное, что, коль речь идёт о кассетах и 1999-м годе, то стоило упомянуть, что 500 новых рублей. А то деноминация шла с 1998 до 2002-го года, и старые многонулевые денюшки ходили на равных с новыми. А старые 500 - это полтинник копеек по новому. кстати, это можно было использовать, как повод для обмана ГГ. Удачи, автор.

Мне понравилось, как это написано, но я не уверена, понравилось ли мне, что я в конце ничего не поняла. Осталось ощущение этакой страшилки ради страшилки, без особого смысла, а это жалко.
К тому же, слишком быстро начинается психоделическая чехарда, мне кажется было бы лучше, если бы это было по нарастающей. Уже в первом отрывке у хозяина несколько рук и вокруг скребутся насекомые, как-то очень это с места в карьер, так мне показалось.

Да, точно. Вот это косяк такой есть в рассказе. Когда начали сразу дома расти на несколько этажей, я подумал - сейчас ГГ проснётся. Но потом про этот резкий переход на психоделику как-то вылетел из головы с развитием сюжета. Надеюсь, автор учтёт такое замечание.

Динамичный сюрреализм, в начале рассказа, меня заманил. Читать интересно, но хотелось больше "Выхода из матрицы", чтобы почувствовать диссонанс между реальным миром и параллельным. И как Хвостиков выбрался из своей филлюзии, чтобы привести в прокат друга?



ГГ пробовал набивать рот тараканами?

Спасибо за рассказ!

Хороший рассказ. Читать было интересно и даже слегка жутковато. Лишь кажется, что некотырые предложения нужно подправить, но это нетяжело. Дальнейшей удачи автору.

Отлично! Все там нормально с деньгами. Все уже перестроились еще в 1998 году и даже раньше. А вот заснуть за футболом - это сильно! Тем более на таком матче. Только после пива с водкой возможно, но автор об этом не написал...

Нет, в 1999-м мне ещё на дискотеке пьяному дали сдачу фальшивой 5000-ной, которая новыми пять рублей. Потому и помню, что ещё "ходили". Хотя, тогда вообще больше принято было всё считать в у.е. Помню, так и договаривались о зарплате на новой работе:
- Сколько?
- Сто долларов.
- Маловато. Может, сто пятьдесят.
- Можно, но после испытательного срока в два месяца.

И это было круто, потому что в охране я тогда получал 30 баксов(800р.). Но я про это говорил не в укор рассказу, а как предложение добавить штришок, чтобы подчеркнуть то время. Можно и не делать, а можно и обойтись одним словом "новыми". Типа: "Пятьсот рублей-то новыми?".

Ну, я больше тогда получал. Эх, счастливые 90-е годы, где они?)

Написано мастерски. Прием с разрывом предложений вообще привел в восторг. Блестяще

Но сюжет - не на мой вкус. Не люблю я ужастики.

Фильм такой был, "Последний киногерой", довольно остроумная пародия на шварценеггерство. Там был Сталлоне на плакате в роли Терминатора ))) Вообще, конечно, в рассказе полно отсылок к кинематографу как явных названных, так и подспудных, служащих, судя по всему, автору источником вдохновения. Кто только на моей памяти из видеокассет в жизнь не вылезал )) Здесь условия потребовали тараканов, не сказал бы, что это кажется мне очень органичным, но рассказ, по-моему, на органичность и не претендует.
В авторстве подозреваю Сергея Королева, известного мне по прошлоконкурсному "Дыхание за спиной". И там, и там очень талантливо в деталях и сюжет, тяготеющий к сумбуру, как будто автор и сам не решил, что за историю он будет писать. Здесь, конечно, в большей степени. И мое такое мнение, что этот винегрет с тараканами, кинофильмами, вампирами, Кракенами, инженерами Трофимовыми, сержанткой Рипли рассказу совсем не на пользу. Но не могу, конечно, отрицать, что имеется у автора явный дар схватить какой-нибудь образ и убедительно им потревожить, есть такое дело. Запоминается последнее слово, как учил еще один известный киногерой, так что пусть последнее слово в моем отзыве будет хорошим, это гораздо более соответствует моему впечатлению...

Согласен. Это и есть самая настоящая бессмысленная страшилка. Ну, умеет автор создавать атмосферу, причем с явными элементами самолюбования и переигранности. Ну, появилась небольшая тревого. Причем непонятно за что и за кого, просто атмосфера тревожная. Ведь ГГ не вызывает сопереживания, не интересна его судьба. Победит хорошо, прибьют, то еще лучше. Так нет же, автор опять издевается, похоже ГГ выжил и опять где-нибудь выползет. И эта атмосфера так и осталась со мной плюс раздражение. А зачем она мне. Это антилитература. Фабрика работает, ремеслом владеет, продукция штампуется. Бессмысленно и беспощадно. Моя эмоция от рассказа понятна. Алаверды. Большой Жирный Кол.

Ну уж... Я понимаю, конечно, но - кол? Это ж все же низшая оценка, её обычно дают, когда рассказ вообще никуды не годен, а тут всё-таки совсем не так уж плохо...

Может и погорячился. Удвою. Зачем мне такое ремесло, которое вызывает раздражение.

Я соглашусь с Дмитрием. Какое-то засорение сознания непонятно чем непонятно зачем. И это бесконечное тыканье в тараканов и других насекомых. Неумно. Герой двинутый.. ни малейшего сочувствия не возникает ни ему, ни другим персонажам.
Я хороших оценок текстам не жалею обычно, но этот совсем не понравился.

Раззказ прочитала легко и быстро. По сюжету: так все было быстро и динамично, что я перестала улавливать переживания и конфликт ГГ. Страшно не было, скорее , забавно. Не поняла, куда делся сосед. И о чем Хвостиков спорил с хозяином. Не поняла концовку. ГГ накрыло откровенной шизой или что? И почему он хорошел? А у страшных фантазия лучше, чем у симпатичных, ну , судя по тексту? Не знаю. Вроде и четыре поставить мало, но и на петерку не дотягивает... буду думать ))

Великолепно. Супер. Ништяк. Только не "месяца", а месяцы.

Хороший рассказ - однозначно хороший! Больше всего понравились переходы из одной части (что ли) в другую. Также очень улыбнули переделки фильмов и, так сказать, пасхалки в виде будущих фильмов. Язык приятен и легок, и даже не сказать, что прост. Претензий нет.
Пять.

В рассказанном сюжете есть правило: "Не смотри фильм до конца". - Это очень интересная ассоциация с одной философской мыслью, что если не знаешь точного результата какого-то события, то можно (еще не поздно) изменить данное настоящее.

Автор вместе со своим героем пытается переосмыслить всякие там версии известных фильмов, построенных на альтернативной реальности. Однако монстры все-таки проникают в мир героя. Получается, что закон о "не знании результата" полностью не работает, или есть дополнительные условия (о которых никто не знает, включая автора) для взаимодействия этих двух миров: обычного для героя и киношного.

Что ж, дорогой автор, по-хорошему, вам просто необходимо дописать внятное и разумное продолжение рассказа, чтобы найти недостающее звено всех "почему?". Почему герой привлек в свой мир монстров из других миров, Почему не сработло правило "Недосмотреть".

Вот как-то так, а вы, автор, не на диванчик а в мастерскую, и... пишите, пишите, тискайте клямки,

Поздравляю с победой!

Спасибо, добрый Вадим) Посвящу эту победу тебе, как первому поздравившему)

Пока свежи воспоминания, отпишусь по рассказу, о котором мне говорила Елена. "Демьяновы фильмы". Заодно, может, отвечу на некоторые вопросы. Да, тот рассказ похож в плане "вариаций на тему фильмов". Только у себя я старался донести другую идею. У Подольского, если не путаю, Демьян - это дьявол. ГГ заключает с ним контракт. Всё - мелким шрифтом. Три фильма в обмен на душу. Под это дело у Д. даже кинотеатр есть. Посмотрел три кинохи - будь добр душу отдать. Фильмы там - это хоррор в лучшем его проявлении. Кровь-кишки-мясо. Титаник встречается с Ктулху, Кевина одного дома зверски убивают бандиты. Жидкий Терминатор, пардон, насилует Сару К. сами-знаете-чем. Демьян как дьявол, специализируется на фильмах. Тёмное кино со всеми пытками - это некое воплощение персонального ада для героя рассказа. Да, ещё он боится собак. И в конце, как некий итог, сам попадает прямо в лапы (спойлер) собаки Баскервилей.

Я при написании хотел воплотить немного другую идею. То, что напишу ниже, это план внутри моей головы. И не факт, что его удалось отразить на бумаге. У меня тараканы - некие инопланетные твари. Паразиты. Питаются человеческими эмоциями, желаниями и т.д. Обитают на плёнке. Чувствуют желания человека и на той самой плёнке "проецируют" то, что он хотел бы видеть. По задумке, не только фильмы, но и другие некие важные события, я об этом писал. Футбол там, свадьбы, концерты. Одновременно с этим питаются силами человека, пожирают его что ли. Погружают в безумие. Выжидают, когда он потеряет контроль на реальностью и, хоп, съедают. Вытягивают душу. Я об этом не стал писать прямым текстом, но в конце, в последней сцене, то, что видит ГГ, это уже не его реальность. Его благополучно съели, а сам он как последний сон, видит сцену из фильма. Концовки с "Демьяном" вышли похожими, кстати. Но и тут, и там, как по мне - такой зэ енд выглядит как закономерный итог.

У Подольского рассказ круче, спору нет. И по технике, и по сюжету. Только вот концовка показалась какой-то сумбурной, до этого так бодро погружал он героя в пучину безумия, а тут бах-бах. Дым, смерть. Занавес. Но это дело вкуса. У меня рассказ сумбурен от и до, сыроват, как картошка после костра, писался в последние дни. Если и буду его дорабатывать, переделывать, то все фильмы и концовку выкину, чтобы не повторяться. И от ада с Демьяном буду держаться подальше)

Вы как пьяный - чем больше оправдываетесь, тем очевиднее, что в зюзю.
Надеюсь, на следующем турнире хотя бы ваш рассказ пройдёт премодерацию у Елены - надоели фокусники.

Ага, заодно бы ввести тест на адекватность. Для некоторых пользователей с ванильными аватарками, и для тех, которые любят переходить на личности и бегать по темам, мстя отдельным авторам за обидную критику.

А что, если не секрет, вы имеете в виду? Я посмотрел тему Оли Петровой, там вообще вашего отзыва нет, ни обидного, ни какого-либо еще...

Полудиккенс, в данном случае я не про Олю. В теме итогов писал на эту тему.

А звучит как именно про неё. И, если уж кстати, то я не вижу в отзыве Дмитрия ничего такого, на что стоило бы жаловаться в общей теме в первом же сообщении после подведения итогов. Он жёсток, а может, и предвзят, но в общем посвящен вашему тексту, а не личности, таково мое скромное мнение...

Никто и не жаловался.

А кто такая Елена?

По рассказу:
Начал читать - интересно, чем-то похоже на "Чистовик" Лукьяненко, на самое начало, где героя не узнают соседи. Тут немножко по-другому, но атмосфера такая же, интригующая. Почему автора ругают непонятно

Автора ругают в том числе потому, что, творя в цейтноте, он довел в своем рассказе количество цитат, отсылок и перекличек до такой критической массы, что сейчас многим кажется, что текст мог бы быть и пооригинальней. В том числе и мне, хотя я, конечно, не сторонник резких безапелляционных суждений, вроде высказанного выше Олей Петровой.


Ответил бы, да не хочется, чтобы вы своими комментариями разочаровали Олю Петрову )))

Мне кажется, что к любому рассказу можно найти схожие сюжеты, даже к самому "оригинальному". И автор данного, несмотря на то, что творил в цейтноте, написал вполне прилично, если уж сравнивать с конкурсными рассказами, которые мне довелось прочесть на этом турнире. Особенно радуют, конечно, зарисовки с претензией))


Оля Петрова возлагает на меня большие надежды? Ну и ну!

Не на вас, на Елену...

Терзают смутные сомнения... Не та ли эта Елена, у которой трамплины?

Я знал, что в потемках вы будете блуждать недолго

Сейчас-сейчас, попробую собрать все мысли в кучу, делая поправку на воскресный день. Значит, на следующем турнире будет преноминация. Прениминаором будет Елена. Оля Петрова надеется, что подобные этому рассказы не допустят на конкурс... Правильно вроде? А то у меня не совсем укладывается, что это за рассказы такие должны быть, которые пройдут без проблем, а этот забанят...
И да, вот вы смеётесь про трамплины, а их уже два раза в печать взяли: в Астра-Нове и в Фаншико. Правда, в Фаншико, наверное, не знают, что они берут в печать рассказ, который уже публиковался (а их правилами это запрещено), но тем не менее... А вы тут смеётесь

Я не хотел бы вдаваться в подробности, поскольку это означало бы тиражирование информации, по поводу которой у меня нет своего мнения...

Смех смехом, а вот сижу сейчас и думаю...
С весны лежал рассказ, про приложение. Включаешь его, а оно показывает на карте, где поблизости от тебя находятся своего рода скрытые пришельцы (террористы с других планет). Нужно найти такого, включаешь телефон, выходишь на охоту в парк, чекинишь, убиваешь. Недавно его доработал для одного конкурса. И сейчас мучаюсь... В связи с сумасшествием, которое захлестнуло мир... Создатели "Покемон Гоу" не будет ругацо, если увидят этот рассказ?

Я думаю, они его не увидят. Но, судя по вашему описанию, и без них будет кому вас ругать, ибо, по-моему, изобретательной и оригинальной вашу фабулу нельзя назвать при всем желании...

Составьте письмо создателям покемонов, опишите им свою проблему и не выкладывайте рассказ в сеть пока они вам не разрешат в письменном виде, желательно чтоб на письме ещё стояла мокрая печать.

А чьим же тогда вы мнением руководствуетесь, когда пишете свои рассказы?