Сейчас ждем последнего участника, он (она) вычитывает и правит повесть. После этого я начну редактуру и корректуру. Скорее всего, в начале следующей недели. Остальное - по плану (редактура - сборка - верстка и т.д.).

А вот такой рассказ пойдёт в сборник: http://fantasts.ru/forum/index.php?showtopic=1707 ?

В принципе, да, может подойти. Если вас устраивают условия, присоединяйтесь!
Надо высласть мне (igor-gradov@yandex.ru) окончательный (хорошо вычитанный) вариант рассказа и готовить деньгь для взноса.
Как только все тексты будут получены, я приступаю к редактуре и правке. Потом будем определяться с объемом и окончательным взносом для каждого.
По объему: книга должна иметь число страниц, кратных 16, таковы правила. Значит, может быть 128, 144, 160 и т.д. Следовательно, будем подгонять под ближайший предел.
Обещаю резать бережно, но решительно.

Анна, эээ. Я НИ разу не публиковал свои тексты, заплатив за это. А как вы к подобному относитесь?
Граф - ничего личного
С уважением,
Мизер

Может быть, уважаемый Мизер, вы посмотрите, кто и на каких условиях будет публиковать этот сборник? И кто в нем уже участвует?
А то получается - слышал звон, да...
Ничего личного, просто замечание.

И, кстати, уважаемый Мизер, вас никто в этот сборник не приглашал...

Я всего лишь прочитал буквально следующее:
"Надо высласть мне (igor-gradov@yandex.ru) окончательный (хорошо вычитанный) вариант рассказа и готовить деньгь для взноса."

Моя позиция: принципиально не плачу за свои публикации, ни копейки. Никаких взносов. "Лучше даром" (с).
Возможно, моя позиция ошибочна.
Если этот звон немного оглушил меня, и я не знаю про последующие выплаты авторам, извините, Граф.
Дело не в том, кто участвует, и сколько, возможно (не)получит в дальнейшем, дело в моих идиотских принципах.
Потому и задал вопрос Анне.
предельно личный ответ от уважающего вас и нисколько не критикующего Мизера, который собственно и не напрашивался, а поинтересовался у Анны её мнением.

А прочитать вот это не дано?
Пост №59.

1. Сборник самоокупаемый - сами издаем, сами продаем (через издательство).
2. ЦА - дети 8-11 лет, поэтому стиль и язык - соответствующие.
3. Тема - фантастика, приключения (сказки тоже).
4. Объем от одного участника - от 0,5 до 3 а.л. (20-120 тыс. зн. с пробелами). При острой необходимости - можно увеличить до 4-5 алок.
5. Взнос - пропорционально объему (1 а.л. - примерно 6-7 тыс. руб.).
6. Количество своих экз. - пропорционально взносу. Делим 1000 штук на всех (по объему и взносу), за исключением 10 экз. художнику и верстальщику.
7. Свои экз. можно получить после выхода книги (лично или по почте, но тогда нужно учитывать и почтовые расходы).
8. Продаваться сборник будет (есть договоренность) официально, через издательство - значит, пойдет в библиотеки, в сетевые магазиы (Лабиринт, Озон), на ярмарки и книжные салоны. Разумеется, по минимально возможной цене - чтобы быстрее распродать. Чем дольше книга хранится - тем больше расходов на склад и доставку.
9. Прибыль не гарантирую, хочу выйти в ноль. Деньги вернутся не скоро - год-полтора минимум.
10. При желании можно получить все свои экз. сразу и продавать (дарить) лично.

И еще раз: Мизер, если у вас есть что сказать другим участникам форума, обращайтесь в личку. Не надо засирать забивать эту тему. Здесь разговор строго по существу.

Граф, а сколько на сегодняшний момент объём в печатных листах выходит?

Давайте подгонять в большую сторону. Иллюстрациями или дополнительными приложениями, о которых я вам говорила. Думаю, никому не хочется, чтобы его резали.

Уж простите вставлю свои замечания как мамаша читателя.
Во-первых, "тётенька" в первой части слишком часто упоминается и как-то по детски. Мальчик взрослый, не будет он так называть. В контексте"ненормальная тётка" - да, а в остальном всё же женщина. А потом оказалаось, что она в тот день была еще и старуха. Неувязочка. И стихи очень нудные для детей, а интимные подробности измены мужа может как-то смягчить?
Извининете, если что, искренне хочу как лучше

Касторка, без проблем! Ни в коей мере не навязываюсь.

Мизеракль, написала в личку.

[quote name='Анна Самойлова' date='16.2.2013, 10:23' post='119290']
Касторка, без проблем! Ни в коей мере не навязываюсь.

Да я ничего не решаю. Просто высказала свои пожелания. Ваш рассказ хорошо как таковой, но на мой взгляд, конкретно для детей есть сложные моменты для восприятия.

Ок, извините за обращение. Учёл.

Пока нет полной ясности - окончательные варианты текстов только что получил. Некоторая усушка-утряска все же будет - за счет редактирования. Сильно увеличивать объем не хочу - для детской книги это плохо, к тому же возрастает стоимость. В общем, будем посмотреть.

Граф, подскажите, участники проекта буду связаны договром с издательством, через которое планирутся распространять сборник? То есть, если я, допустим, захочу послать рукопись в другие детские издательства, и она их заинтересует, смогу ли я с ними сотрудничать?

Гляньте, не поздно/пойдет/уныло?

Дедушка
Жанр: рождественский рассказ

«Никого не будет в доме. Кроме сумерек.
Один зимний день в сквозном проеме
Не задернутых гардин…»

Она терпеть не могла этот фильм, каждый год навязываемый всеми, словно сговорившимися, телеканалами. Но сегодня тихая песня об одиночестве и сумерках заставила Аську лениво поменять дремотное положение в глубоком кресле и даже слабо улыбнуться.
Сегодня любой фильм, любой отстойный концерт выполнял одну единственную задачу – не дать уснуть в пустой, тихой и поэтому пугающей квартире; во всех комнатах горит свет, обе входные двери закрыты на все мыслимые замки; под рукой телефон, чтобы чуть что позвонить тете Марипе и пожаловаться на страх. И ни одной живой души, кроме самой полуиспуганной Аськи, готовой от любого внезапного звука пружиной вылететь из кресла.

На экране герои надоевшего фильма уселись за стол,– Аська сглотнула подступившую слюну. Сейчас она, голодающая с Поволжья (как говорила всегда мама) слопала бы все, что движется и горит (так говорил папа). В холодильнике достаточно еды, чем можно было бы перебить волчий аппетит в ожидании дяди Эркина, который сказал: «Буду через час», – а сам уже весь вечер едет из больницы и телефон отключил…

И-эх! Чтоб вы подавились! Аська заставила себя подняться и прошлепать на кухню. Перебивать аппетит, так перебивать: отрезала ломоть чайного батона и, - игнорируя колбасу, салат, мамину остро-сладкую приправку, - щедро наложила сверху слой вареной сгущенки… Объеденье! Лучше пусть прыщ, как всегда пугает мама, вскочит, чем Аська заставит себя приготовить себе что-нибудь более солидное или разогреть невкусный суп с луком и морковкой…

Вернувшись в зал с огромным бутербродом на тарелке, Аська, перед тем, как сесть в кресло, включила новогодние огоньки на елке, переключила канал (надоели эти нудные взрослые) и показала язык фигурке домового (пусть не таращится!). С тех пор, как маме подарили его на работе, Аська не может без какого-то постоянного чувства вины смотреть на него: смотрит, – у, чучело пучеглазое! – как та тетка на известной картине. Никуда не деться от взгляда: и все-то он знает… Несколько раз именно из-за него Аська была вынуждена заметать следы своих преступлений или признаваться в содеянном: даже спрятанный в шкаф домовой все равно прожигал своим взглядом дверцу, и непослушная хулиганка подчинялась мыслям «Дедушки».

Уже на половине бутерброда Аська поняла, что потребуется запивон – чай или, как лучший вариант, томатный сок. Извращенье, конечно, запивать сгущенку томатным соком, но вкусы детей, как известно, так же «изысканны», как и у беременных.
К тому же чайник было ставить лень, и девчонка полезла в холодильник, за соком. Где-то за окном, во дворе, послышалось знакомое ба-бах – мальчишки баловались с петардами. «Уроды!» – беззлобно подумала Аська, слизывая капли томатного сока, стекающие по наружной стенке бокала. Пусть бабахают и орут, главное – чтобы вокруг были живые звуки: так не страшно одной в пустой квартире.
И вдруг вокруг стало темно. «Только не это, уроды!» – Аська поперхнулась соком. На ощупь, внезапно ослепнув, она поставила бокал с недопитым соком на стол и подошла к окну. Ну конечно, нет света во всем районе, а где-то вдалеке, у счастливчиков, окна по-прежнему радостно-жёлтые.

Она прислушалась. А в темноте все жуткие звуки хорошо слышно. Где-то за стенкой что-то заскрипело, а со стороны спальни – трех, трех, будто кто вылазит из шкафа, закрывает за собой дверцы…
«А-а-а!» – Аська побледнела и, чувствуя волну страха, ползущую по спине и к ногам, уже не соображая, вытянув перед собой руки, метнулась прихожую, схватила свою куртку и, как была в тапочках, вылетела на лестничную площадку, по ступенькам, вниз – на улицу.
И здесь вдруг тишина. Даже мальчишки со своими петардами исчезли куда-то; район словно вымер. Аська поджала под себя ноги, попыталась как-то устроиться на неудобной скамейке (и как бомжи на них спят?). Хоть бы дядя Эркин побыстрее приехал из больницы, куда поехал проведать Аськину маму… Если будет долго добираться, Аська точно замерзнет здесь, на улице, но перепуганная девчонка предпочла бы скорее превратиться в сосульку, чем вернуться в страшную, пустую квартиру…

– Ай-яй-яй! – внезапно раздавшийся голос с хрипотцой заставил подзамерзшую и, кажется, задремавшую Аську слегка вздрогнуть,– восемь лет человеку, а она темноты боится!
– От-ткуда вы знаете, что м-мне восемь?- Аська с трудом выстучала зубами вопрос,– вы зд-десь живете?
В потемках она попыталась рассмотреть незнакомца:
– Вы б-бомж, к-который у нас в п-подвале ж-живет?
– Боишься?
– Н-не знаю,– вяло ответила Аська.
– А сама-то почему здесь сидишь, мерзнешь?
– Д-дядю жду.
– Приедет твой дядя Эркин…
– Откуда?..
– Я все знаю…мне из подвала все слышно… Э-э-э, дорогая, а ну-ка вставай, совсем примерзла, быстро домой!
Аська сомкнула веки на своем вопросе, как ни было темно, бомж заметил сонливость девчонки, одним движением сильных рук встряхнул девчонку и поставил на затекшие ноги.
– Мне страшно, я не пойду…– Аська захныкала.
– Трусиха! Как шоколадки воровать из маминой сумки, так смелая, а как одной дома побыть… Ладно, пошли, я посижу с тобой…
Аська не стала сопротивляться, хотя отчетливо вспомнила мамин наказ – никогда и никому чужому не открывать дверь, а тем более, впускать в квартиру.

Окоченевшая от холода, она плохо соображала, как оказалась в квартире, бомж заботливо уложил ее на диван, укрыл пледом, принес горячий чай. Ходит по квартире, как у себя дома, еще обворует и убьет ее, доверчивую Аську, и никто ничего не узнает, машинально подумала трусиха, жадно глотая вкуснющий, горячий сладкий чай.
– Поспи немного, дурочка, ничего я не украду. Я просто с тобой побуду, а утром уйду,– успокоил бомж, словно прочитав мысли.
И Аська провалилась в теплый и уютный сон. Как, оказывается, она, на самом деле, хотела спать…Как там мама? Хоть бы завтра пустили в реанимацию… Уезжала бледная с санитарами, силы хватило только погладить дочь по голове и кивнуть на домового: «Слушайся Дедушку!»…

Проснулась Аська от урчания в животе и зверского чувства голода: молодой организм брал свое. В квартире по-прежнему полумрак, но – стоп! – здесь же, в зале, рядом с Аськой журнальный столик уставлен тарелками (Запах! Слюной подавиться можно!) и свечи… Совсем не страшно, наоборот, как в фильмах…
А в любимом Аськином кресле сидит бомж и, как домовой, немигающим взглядом смотрит на нее.
– Проснулась? Вставай, я кое-что успел приготовить. Вернется твоя мама, а ты тощая… Давай, подымайся…
– Ни чё се! А когда вы успели все приготовить?
Она не заставила себя упрашивать и потянулась к столу:
– У, круто! Салатики! Селедочка…
Бомж наложил девчонке по чуть-чуть каждого салата, картошки.
– А шами почему не едите? – с набитым ртом спросила Аська, вспомнив про вежливость, одно из требований мамы.
– Я не голоден…
Внезапно включился свет и заработал телевизор. Аська едва не подавилась, неожиданно «прозрев». Бомж был, конечно, ничего, не страшный, только грязноват немного…
– Ешь, я руки помыл, еда нормальная, – кивнул старик.
Точно, это был старик с серой бородой до груди и седыми достаточно длинными волосами… Как он мысли читает? Аська уже не так поспешно жевала салаты и только настороженно водила глазами, следуя за стариком. Тот уверенно перемещался по комнатам, выключил лишние лампочки («Экономить надо»), поправил на елке гирлянды и спокойно уселся напротив Аськи, в кресло:
– Ты уроки-то сделала? Или опять завтра в школу не пойдешь?
– Уже четверть кончается, каникулы скоро. Завтра я в больницу поеду к маме, дядя Эркин сказал…
– Понятно,– протянул старик и крякнул, хлопнув себя по коленкам,– ну, я пошел…
Не, если бы он был плохим, Аська бы почувствовала, но сейчас, разомлевшей от вкусных новогодних салатов, ей было неловко.
– Оставайтесь, дядя Эркин приедет, он вас не выгонит… Вы можете даже помыться у нас.
Старик улыбнулся в бороду:
– Неужели не боишься меня?
– Неа! Вы совсем не страшный!.. А я вам полотенце дам…
Старик почесал бороду и задумался ненадолго, потом улыбнулся:
– Правда, давно я уже не мылся. Пора бы к Рождеству-то старую грязь смыть… А потом идти надо… проведать кое-кого…
Аська проворно спрыгнула с дивана и принесла полотенце, протянула:
– Вот!

Старик ушел мыться. Аська, вытягивая шею, из-за угла, постояла, прислушиваясь к звукам воды в ванной, потом прошлась по комнатам. Вроде, все цело. Если что-то пропадет, мама убьет ее. Если вернется из больницы…
На кухне была такая чистота, какую Аська сама ни в жизни бы не навела. И ведь успел бомж, в темноте-то… Деньги были на месте…
Аська с облегчением вернулась к салатам. Старик что-то намурлыкивал в ванной, что-то такое знакомое, Аська прислушалась и даже убрала звук у телевизора: пел старик мамину колыбельную. Мамочка, мамочка! Поскорей бы ты вернулась…
Аська бросила накрытый стол и на цыпочках прокралась к ванной. А дверь-то была приоткрыта! Старик мылся в ванной, задернув цветастую шторину.

Почти у самой двери, на полу, аккуратно были сложены вещи. Девчонка еще немного постояла, с тоской подслушивая знакомые слова, опустилась на корточки, вытянула аккуратно на себя одежду бомжа.
– Ты подглядываешь, негодяйка? – вдруг строго, маминым тоном, когда она злилась, спросил бомж, оборвав песню.
У Аськи ноги подкосились, она только пробормотала:
– Н-нет, вы мойтесь, я вам халат папин сейчас принесу.
– Я скоро выйду. Ты хорошо покушала?
– Д-да… Вы мойтесь, мойтесь…
Интонации, определенно, мамины. Несколько секунд Аська постояла у двери, смущенная и неподвижная, и все-таки решилась, – обхватив кипу грязного белья старика, вышла в прихожую, комнатку, возникшую когда-то благодаря отгороженной от соседей лоджии. Как пользоваться машинкой-автоматом, Аська знала, потому что мама научила. Засунула внутрь всю стариковскую одежду, засыпала порошок и включила… Одежда, вроде, и не пахла ужасно, но, все равно, выглядела грязной. Теперь, если на ней были блохи, то эти гады пусть умрут!

Поковырявшись в вещах, которые мама упрямо продолжала хранить даже спустя три года, после папиной смерти, Аська нашла все, что нужно было, и осторожно положила на пол, вместо «украденной» грязной одежды старика; и пошла в зал, к телевизору.
Старик вернулся спустя минут пятнадцать. Теперь мокрые борода и волосы явно посветлели, да и сам бомж стал куда благообразней.
– Ой, вы на деда Мороза похожи, только в спортивном костюме! – бодро сказала Аска, пытаясь скрыть свою детскую гордость: теперь она точно научилась благодарности.
–Ты хоть понимаешь, что наделала? – как-то грустно сказал бомж-дед Мороз,– зачем ты забрала мои вещи?
– Так они же грязные были!
Аська почувствовала неуверенность в своих словах и, желая загладить свою вину, побежала на кухню:
– Я вам сейчас тарелку принесу! Вы садитесь… Чай я тоже сама умею поставить.
Вернулась с тарелкой и вилкой, стараясь не смотреть на суровое лицо старика, притворно весело спросила:
– А как вас зовут?
– Саам,– после некоторого молчания ответил старик,– из Саама я. И все-таки ты нехорошо сделала, что не спросила меня.
– Я хотела как лучше, не волнуйтесь, одежда скоро постирается и высохнет до утра. Мама, конечно, не разрешит вам здесь остаться. Но сегодня-то можно…
Старик внимательно разглядывал смущенную дочь хозяйки квартиры:
– Значит, не зря я... Ты слушай, внучка, свою мать-то. Теперь тебя только она сможет защитить…
– Оливье у вас вкусный получился, как у мамы. Я вообще могу его целый тазик съесть…- Аська перевела разговор.
–Вкусный, говоришь? – старик нерешительно взялся за вилку, думая о чем-то своем, потом махнул рукой,- ладно, напоследок можно!..

Съев немного, меньше даже самой восьмилетней Аськи, вытер бороду салфеткой, как культурный человек, и вперил острые глаза в девчонку:
– Будь по-твоему. За милость твою и мою свободу, я исполню три твоих желания. Два – сейчас, а третье – когда сам решу. Только помни, что желания надо с умом загадывать.
– Это как?
Аська наелась до отвала и теперь сыто полулежала на диване, закутавшись в плед и листая телеканалы в поисках мультиков.
– Попросил как-то один миллион у.е., – разбогател, только его через месяц жена отравила. А одна девочка попросила такую куклу, чтобы могла с ней разговаривать, – подарил, только никто, кроме самой девочки, не слышал слов этой куклы. Вот все и решили, что девочка сильно заболела; теперь она с этой куклой в одной очень нехорошей больнице находится…
– Любое-любое желание? – недоверчиво улыбнулась Аська,– а разве вы – дед Мороз?
– Почти. Ну, так как?
Аська задумалась: предложение было заманчивым. Почему бы и нет? Даже глаза отвела от телевизора.
– Ты думай, думай, хорошо думай, а я пока тарелки уберу. Едет уже твой дядя Эркин. Скоро будет здесь.

Аську охватил азарт: правда, чтобы такого пожелать? Ну не бутылку же шампанского на Новый год, в подарок дяде Эркину!..
– Придумала? – Старик помыл тарелки и вернулся.
Аська, подумавшая о маме, робко взглянула на старика:
– Я хочу, чтобы мама выздоровела и больше не болела… Так сильно… Чтобы больше операций ей не делали…
– Гуд, то есть хорошо,– кивнул старик, – плохих последствий, как будто, не предвидится… И второе? Попроси для себя…
– Не, я куклу не хочу,– поежилась Аська, вспомнив о предупреждении строгого, но очень дружелюбного, притягательного гостя,– я не знаю…
– Может, что-нибудь посоветовать?
– Давайте.
– Не желай никогда себе вещей: они имеют свойство портиться. Желай себе всегда… э-э-э… поймешь ли?.. быть скромной, умной… Не морщься, тебе говорю! Зачем тебе лишняя игрушка, если ума не хватит ей воспользоваться?
Аську так и подмывало сказать: «Сотку хочу», – но она благоразумно, неуверенно и вопросительно сказала:
– Хочу перестать быть трусихой…
– Вот молодец!- старик расцвел в улыбке,– молодец! Хвалю за это. Ладно. Будет тебе второе желание…

– Дзынь! Трала-ла! – заиграл телефон.
Аська, не дослушав слова бомжа, выскользнула в прихожую, к телефону:
– Привет, ты не спишь, Аська? – наконец-то! Это был голос дяди Эркина,– я тут с машиной застрял, до утра, наверное… Ты там как одна?
– Нормально,– Аська покосилась на старика,– мультики смотрю… Только вы, дядя Эркин, все равно поскорей приезжайте!
– Боишься, трусишка? Ты хоть поела там?
– Да, я … салат ела.
– Молодец! Давай, ложись спать. Я долго не могу разговаривать: звоню с чужого телефона, на моем батарейка села. Я ещё у мамы, скоро заеду за тобой. Все, давай, ложись спать, и никому дверь не открывай!
– Хорошо,– Аська послушно согласилась со всеми приказами.
– До встречи!
– До встречи…

Она положила телефон и разочарованно вернулась к старику, у которого непостижимым образом успели так быстро высохнуть волосы и борода. Было видно, что он по репликам девочки понял ход разговора.
– Дядя прав, ложись спать. Никаких мультиков – время уже к утру. А мне пора.
– Но как же…
– Свои вещи я заберу завтра, вернее, сегодня утром, попозже, зайду. А ты закрывайся и никого не пускай! Поняла?
– Поняла… – Аська только подумала было о том, что опять будет одна, но то, что старик уйдет и никто из взрослых не узнает, что она, бестолковая, пустила в дом незнакомого человека, уже было хорошо.

Она закрыла дверь на ключ и, вешая цепочку, услышала глухой голос за дверью:
– Спокойной ночи и с Рождеством тебя!
– Спасибо, вам тоже спокойной ночи! – припала губами к замочной скважине,– и тоже с Рождеством, дедушка…
– Иди спать! – довольно проворчал за дверью удаляющийся голос.
Аська с облегчением вернулась в зал, невольно посмотрела на домового. Взгляд стеклянных, пластмассовых глаз был пуст, как у обычной игрушки. И больше не следил.
– Ты просто кукла! – сказала Аська домовому, – я тебя больше не боюсь!
И залезла под плед, почти мгновенно уснула под приглушенные звуки телевизора.

Дядя Эркин приехал поздно утром. Протирая глаза, Аська открыла дяде дверь. Ставя обувь напротив стиральной машинки, дядя заметил:
– Стирала, что ли?
Аська моментально проснулась, вспомнив, что так и не вытащила вещи бомжа:
– Ой, – полезла внутрь.
Но в серебристом барабане были только какие-то коричневые ошметки, как от размоченной туалетной бумаги.
– Что случилось-то? – засмеялся дядя,– иди, умойся! Сейчас позавтракаем и поедем к нам.
– А как мама?
– Все отлично. К утру пришла в себя, уже отключили от аппарата. Доктора сами удивляются, что все благополучно. Да и про тебя она спрашивала. У нее сейчас тетя Марипа. Давай, давай, шуруй в ванную, я пока чай приготовлю… О! Ты сама салаты делала?
Аська остолбенела: значит, не приснилось…
– Молодец! Кстати, у меня для тебя подарок есть. Необычный!
Дядя быстро сервировал стол.
Аська рассеянно села за стол и вдруг заметила за окном белый город: за несколько часов снег покрыл крыши, деревья и замел дороги. Девчонка подбежала к окну:
– Ух, ты!
– Садись, ешь, «ух ты»! – рассмеялся дядя Эркин,– да, метель была - будь здоров! Всего за пару часов дед Мороз украсил наш город. Хватит прыгать! Садись, а то подарка не получишь!
– А какой он, подарок?
– Ну-у-у, быстро и не расскажешь. Скажу только, что он белый…
– Как снег!
– Ну да... пушистый!
– Пушистый?!- Аська затаила дыхание,– это?..
- Как ты и просила, котенок… Кто-то подкинул твоей тете Марипе под дверь сегодня утром. Поспрашивали, не соседский. Так что ты будешь его хозяйкой.
Аська завизжала и запрыгала по кухне, бросилась обнимать дядю:
– У него такая мордочка красивенькая и ушки?..
– Красивенькая,– засмеялся дядя Эркин,– зачем тебе кот в квартире? Везде шерсть будет валяться, и по коврам будет бегать твой кот.
– Я хотела котенка, чтобы мне не страшно было одной! А теперь мы будем вместе играть, и он будет меня охранять! Я не хочу завтракать, я ночью ела. Давайте поедем поскорее, а?
– Не кричи, сядь хоть чай попей. Оглох от твоих криков. Сама не хочешь – мне дай спокойно позавтракать: полночи с машиной провозился…
Аська схватила бокал, жадно выпила весь чай и упорхнула в свою комнату переодеваться. Там не выдержала и повисла на подоконнике, не в силах сдержать «уау» от белого чистого пейзажа за окном.
В город пришло Рождество.

зы. Мне не принципиально, имена могу и поменять.)

Рассказ хороший, но он больше подходит для рождественского (новогоднего) сборника. Немного не наш профиль... Давайте оставим на будущее!
И, кстати, совет: сократите первую часть - до появления бомжа, а то действительно слишком уныло. Рождественский рассказ должен быть короче и веселее.

Да, это обязательное условие. А то как же распространять? Сами понимаете... Но, полагаю, его действие закончится сразу после продажи большей части экземпляров. То есть чем раньше распродадим, тем раньше вы вернете свои права.

Ясно, а на электронные книги эти ограничения распространяются? Выложить на продажу свой рассказ я тоже права не имею?

Да, с электронной версией - без проблем, договоримся. И еще, коллеги.
В связи с возникшей в соседней теме дискуссией, сообщаю, что вопрос с налогами будет решать само издательство. То есть не нужно никуда ходить, офомлять документы и пр. Это значительно облегчает жизнь.

Я сначала следила за этой темой, потом забыла, о чем суть. Сорри за поверхностность.

Ага, спасибо. Мне начало тоже не нравится.

А у меня есть стишки на Пасху! Уголовные немножко, но деткам сейчас такое нравится:

История одного побега

В хрустальной вазе, на столе
Лежало угощенье –
Конфеты, шоколад, суфле,
Пасхальное печенье.
Катюша попивала чай,
А мама вдруг сказала:
«Ах, дочка, что сидишь? Вставай!
Ты в школу опоздала!
Возьми печеньица с собой,
Поешь на перемене!»
И Катя, второпях, рукой
Схватила горсть печенек.
И не заметив впопыхах, как две упали на пол,
Умчалась прочь на всех парах,
Услышав вслед: «Растяпа!»
Захлопнулась за дочкой дверь.
Пошла на кухню мама –
За веником, чтоб без потерь
Избавиться от хлама.

Побег

Печеньки встрепенулись тут:
«Ну что ж мы прохлаждаемся!
Ведь нас сейчас здесь заметут,
Всё решено – смываемся!»
И, докатившись до двери,
Там замерли в испуге –
Самим-то дверь не отворить…
Подстава… Тихо – шухер!
Удача улыбнулась им,
Открылась дверь – пожалте!
Галета крикнула: «Бежим!
Портфель забыла Катя!»
И шоколадная за ней
Скатилась по ступенькам.
Подальше от «тюрьмы»! Скорей
Сбежали две печеньки.
Одна сказала вдруг: «Прости,
Ну чалились мы в хате,
Но нам теперь не по пути –
Ведь ты не в шоколаде!
Прикид совсем не «от кутюр»…
«Да, ты права, подружка.
Ты вся – в глазури, ты – гламур,
А я – всего лишь сушка.
Давай, вперёд себе кати,
И скатертью дорожка.
Но всё ж – голодных на пути
Ты накорми немножко!
Ведь для чего нас испекли?
На Пасху, деткам в угощенье!
А мы вот взяли и сбегли…
Какое ж мы тогда - печенье?
Нет, мне дорога в детский сад,
Ну, или в школу, где Катюша.
А ты, гламурный шоколад,
Катись, уже меня не слушай.»
А дальше – врозь, своей тропой
Печеньки раскатились…
Галета вскрикнула: «Постой!
Мы ж даже не простились!»
Но шоколадная, спеша,
На красный свет бежала,
Крича: «Я слишком хороша!
Быть съеденной мне мало!»
Вздохнув, галетка поплелась
Искать по жизни счастья.
«Зачем жила? Зачем пеклась?
Коль не по вкусу, знать я?»
В раздумьях грустных,
Как найти голодного ребёнка,
Чтоб накормить его, спасти…
Вдруг встретила котёнка!
Сидел он, бедный, у ворот
Заброшенного дома,
Озябший, впроголодь живёт…
Такое вам знакомо?
Вздохнув, кусочек от себя
Галетка отломила.
Потом – ещё и голубям
Остаток накрошила.

Эпилог

А что же случилось с печенькой другой?
Не взвигнула даже резина…
Её раздавили среди мостовой
Колёса. Зато – лимузина!
Но всё ж – шоколадом покрыта она,
Пусть на раскрошившемся теле.
«За что же судьба мне такая дана?
Уж лучше б тогда меня съели…»

А где же мораль, верно, спросите вы?
Мы ж вроде в печеньки играем!
А я вам отвечу – дороги судьбы
Мы сами себе выбираем.
Есть выбор у каждого, что тут таить.
Зачем мы живём, чего ради…
Голодных кормить, или несъеденной быть,
Размазанной, но – в шоколаде…

Вот такая история. В детский сборник вряд-ли подходит, не туда ткнулось опять.

Это хорошо, но не для нашего сборника.

Граф, можно поинтересоваться на какой стадии находится наш сборник. Извиняюсь за назойливость, но хочется какой-то определённости.

На стадии согласования обложки. Пока издательство ее не утвердило. Ждем доработки.

Спасибо. Ждём.

Закончил редактирование, вот что получилось.

ПИФАГОРОВЫ ШТАНЫ

1. Марина Гаки. Пифагоровы штаны. 13,7 тыс. зн.
2. Сергей Матвеев. Когда вороны побелеют. 31,3 тыс. зн.
3. Марзия Габдулганиева. Камень желаний и цветок счастья. 32,4 тыс. зн.
4. Марзия Габдулганиева. Марийкины рассказы. 18,3 тыс. зн. (всего – 50,7 тыс. зн.)
5. Мария Бычкова. Бабушкин веер. 44 тыс. зн.
6. Мария Бычкова. Мигуша. 25,7 тыс. зн. (всего – 69,7 тыс. зн.)
7. Игорь Карде. Охотник на ангелов. 74 тыс. зн.
8. Евгения Мекшун. Хранители оберегов. 102,6 тыс. зн.
Итого: 342 тыс. зн.

Теперь ждем предварительную верстку, которая определит, сколько будет страниц. Из этого станет ясно, во сколько обойдется печать, плюс доставка. Тогда перейдем к вопросу о взносе для каждого участника.
И еще ждем новый вариант обложки.

Проекту придется искать другого художника.
Обложка, созданная Натальей, не удовлетворила издателя, а дорабатывать ее она отказалась. Я начинаю переговоры с другим человеком, это может занять некоторое время.

Граф, я тут тоже обложку для электронной книги заказала своему художнику. Если хотите, можно рассмотреть вариант.

Веду переговоры с одним художником, как только что-то станет известно - сообщу.

Я бы тоже, с вашего разрешения, поучаствовал, но послал свою единственную подростковую фэнтезийную повесть на конкурс росмэн. Они позволяют публиковать произведения присланные на конкурс?

Боюсь, что присланные на конкурс произведения при публикации придётся с этого конкурса снять. Я тоже хотела поучаствовать, но у Росмэна в правилах чётко оговорено, что публикация, т.е. договор с другим издательством не допускаются.

Жаль. Нечестно как-то. Шансов выиграть все равно немного. Потеряешь, и там, и там в случаи неудачи.

А выставить в инете они позволяют?

Да. Я тоже расстроилась. Хотелось поучаствовать ((

По-моему, да. Вы регламент скачайте, там всё подробно написано. Тут ведь дело даже не в том, что рассказ будет в открытом доступе, а в том, что в случае выигрыша Росмэн не сможет его опубликовать, так как права будут принадлежать другому издательству.

Вообще-то, всё обстояло, мягко говоря, немного не так. Речь на самом деле шла не о "доработке" (разумные поправки я не отказывалась внести, например, попробовать разные варианты шрифтового оформления), а почему-то о полной переделке обложки с нуля при уничтожении её идеи. Похоже, издатель абсолютно не понял и даже не пытался понять замысел художника - очевидно, он и с текстами сборника не знаком.

Я исходила из того, что в присланных мне Графом рассказах говорится о самых обычных детях, но с которыми происходят необыкновенные приключения, они попадают в фантастические места и ситуации. Именно такое настроение мне и хотелось отразить в обложке. Для этого я специально рисовала совершенно естественные детские фигурки, одетые в то, что дети носят повседневно. А вот на задний план для контраста поместила нагромождение всевозможных фантастико-фэнтезийных атрибутов, отделённых от переднего плана цветовой гаммой и фактурой. Т.е. обычные дети, погружённые в фантастические миры. Не герои, не спасители мира, не волшебники или феи.

Но издателю эти дети "не подошли", он потребовал их одеть в скафандры, костюмы сказочных принцесс и т.п. стандартную лабуду, т.е. сделать из них каких-то ряженых, да ещё с "живенькими" слащавыми мордочками, и как можно "смешнее". Но это бы полностью разрушило весь замысел и перестало бы соответствовать содержанию сборника! Не говоря о том, что всё пришлось бы перерисовывать заново, даже фон к этим космонавтам и принцессам не подойдёт, потому что он придуман совсем с другим расчётом. Поменять костюмы - это значит уничтожить всё впечатление, пойти по пути какой-то банальщины. Да и сказочных принцесс на детских книжках и так полным-полно, на каждой третьей... и кстати, вроде бы договаривались, что это не сказочный сборник.

Я не обещала работать в режиме "чего изволите", и мне бы хотелось, чтобы было не стыдно показать результат другим художникам. Иначе для меня в этом проекте нет смысла - напомню, денег за работу я не просила.

Вообще не понимаю, почему вопрос об обложке к этому сборнику решает издатель, а не авторы, ведь в данном случае это они рискуют своими деньгами. Я отправляла предварительные эскизы Графу (причём одежда детей была точно такая же, как в окончательном варианте), и это не вызвало возражений. Затем я переслала готовую работу и Граф ответил, что ему обложка нравится. Считаю, было бы правильнее ознакомить с моей работой и остальных авторов, узнать прежде всего их мнение. И если бы оно вдруг оказалось тоже положительным, то надо было бы отстаивать этот вариант перед издателем, ведь в данном случае тот всего лишь оказывает платную услугу - с какой же стати он должен диктовать свои условия? Не ознакомившись с произведением и не разобравшись, что к чему, а просто так, с ходу - нДравится/не нДравится.

Однако на это моё предложение не последовало вообще никакого ответа. Дорогие авторы, ау! Просто хочется знать: вы одобряете такой подход? Когда за ваши же деньги за вас всё решают...

Между прочим, обложка абсолютно оригинальна, никаких коллажей, всё честно нарисовано от руки, пастелью на больших листах (фон отдельно, передний план отдельно), затем отсканировано, отретушировано и смонтировано в графич. редакторе. Я начинала работать ещё и над иллюстрациями к отдельным рассказам - но это не вызвало почему-то совсем никакого интереса...

Жалею, что потеряла так много времени, практически целый месяц, искренне пытаясь помочь проекту. И в результате меня ещё и выставили в неправильном свете. Я считаю, что моя обложка хорошо бы подошла к содержанию именно этого сборника и общему смыслу включённых в него произведений. В общем, очень обидно за такое отношение к работе художника. Ну что ж, печальный опыт - тоже опыт.

Раз это никому не надо, оставляю права на картинку за собой - может быть, где-нибудь удастся использовать.

ОТЛИЧНАЯ ОБЛОЖКА, Наталья.
И оч хорошая, имхо, задумка.
Единственное, что покритиковал бы, так это коричневатый общий фон (основная гамма).
Если целевая аудитория - дети, которые схватят эту книжку, или родители, которые покупают для детей, то специфику цветового восприятия надо учитывать. Особенности детской психики. Или стереотипы родителей.
Мне, как отцу двоих (не двух) детей, в своё время хотелось покупать книжки для них с более яркой по цветовой гамме обложкой.
Если же говорить по чесноку - то ваша идея оч даже ндра.
Со шрифтами - да, надо бы поработать, имхо.
С уважением,
Мизер.

Мизеракль
Общий колорит заднего плана, как и шрифты (которые я подбирала в последний момент...) легко поменять. Но проблема-то совсем не в этом. Как раз фон издатель согласился "оставить" как есть.

Напишу в личку, через полчасика.

В данном случае издатель решает всё, ибо предоставляет свою площадку для издания и реализации книги. Он лучше знает, что нужно для успешной продажи и как это должно выглядеть. И если издатель просит исправить обложку - надо сделать. А рассуждения типа "я художник, я так вижу" годятся только в том случае, если у вас есть портфель заказов как минимум на три года вперед. Увы!

И, кстати, обложка служит для одной цели: привлечь внимание читателя. Она может мало соотноситься с тем, что есть в книге. Главное, чтобы понравилась покупателю, чтобы он взял книгу в руки. Остальное - дело техники (продавца). Завлекательная обложка - 99% продажи.
Кто не согласен - постойте сами на книжных ярмарках и поторгуйте.

Ага. За чужой счёт и без всякого риска для себя. С какой стати он "решает всё", ничего не вкладывая?

Скажите уж прямо: Вы просто даже не пытались его переубедить. Не говоря уж о том, что не соизволили хотя бы из вежливости ознакомить с обложкой остальных авторов. Как будто их мнение ни для кого ничего не значит. Вам проще "лечь" под издателя.


Далеко не факт. Как он может "лучше знать", если не знаком с содержимым сборника, не понял, что именно означает обложка, и с ходу предлагает такие изменения, которые исказят весь замысел авторов? Как раз мимо ещё одной, тысяча первой стереотипной поделки с "принцессами" покупатель благополучно пройдёт.

Всё же следовало бы посоветоваться с авторами - это ведь они, а не издатель, в данном случае рискуют своими деньгами. А если Ваш издатель такой всезнающий - почему же он тогда не вкладывает средства в книгу? Не нанимает художника? На халяву покомандовать другими безо всякой ответственности - много знаний не надо.


Давайте не передёргивать! Я не говорила "я так вижу". Я говорила, что мне не интересна банальщина, которую требует и насаждает Ваш издатель. И мне удивительно, как Вы послушно подлаживаетесь под него, да ещё и всех авторов с собой тянете - даже не спросив, что они думают по этому поводу. Насчёт же моего портфеля заказов не беспокойтесь - думаю, он никогда уже не пересечётся с Вашим.

А больше всего неприятно - что вместо хотя бы формальной благодарности за то, что я бесполезно потратила кучу времени, Вы ещё и искажаете ситуацию и представляете всё дело совершенно превратно. Вот это уже не делает Вам чести, г-н Граф.

1. Спорно, и очень. Ибо книга за взносы (авторов).
2. Спорно, и ... см. п.1. Даже при портфеле может быть ваш п.1, Граф, ежели контракт и гонорар (автору/ам).
Надеюсь, не офтоплю (в вашем понимании).

П.С. Наташа, в личку скинул.

Да что Вы говорите? А я-то, глупая, думала - чтобы чайник было куда ставить...


Вот это и есть непонимание смысла художественного оформления. И кого Вы собираетесь обманывать? Своего же читателя?


Ага, а разобравшись, что ему "впаривают" совсем не то, что обещали, проплевался и положил на место. И вообще пошёл подальше. Расчёт на каких-то тупиц. И после подобных гениальных "маркетинговых ходов", сто раз повторённых, ещё удивляются, почему читателей всё меньше, в расчёте на одного писателя... Люди перестают доверять обложкам, аннотациям и прочим привычным атрибутам книги, потому что их постоянно обманывают. Сами роете себе яму, господа писатели, поощряя таких издателей и повторяя за ними их глупости.

Наташа, не стОит. Моё имхо.

Вот именно, не стОит.

Наталья, в отличие от вас (и г-на Мизера) я - человек сугубо практичный, циничный, жадный, расчетливый и абсолютно уверенный, что книги пишутся и издаются для того, чтобы их читали и ПОКУПАЛИ. Этот проект - коммерческий, главная его цель - продать то, что будет издано.
Если хотите издавать то, что вам самой нравится, и с теми обложками, которые считаете нужными, - пожалуйста. Организуйте свое издательство, оформите бумаги, наймите сотрудников, зарегистрируйтесь в налоговой, снимите в аренду офис и склад, наберите в банках кредиты, вложите их в дело, побегайте по магазинам, уговаривая их купить ваши книги, постойте на ярмарках и маркетах и т.д и т.п. Не хотите? Тогда не учите меня, как делать дело!
Издать книгу - ерунда, а вы попробуйте ПРОДАТЬ ее. Для этого, в частности, и служит обложка (и аннотация тоже). Ваши рассуждения о "праве автора и художника" - наивная глупость.
"Только бизнес, ничего личного". (с)

Справедливо (кроме глупости). Скорее - честность. Но спасибо Наталье можно было бы и сказать.

Г-н Мизер

, из-за Натальи мы потеряли почти месяц. Она очень долго делала обложку, а потом встала в непонятную позу - "я лучше знаю, что вам нужно". Это, извините, именно глупость. "Гнуть пальцы" можно в том случае, если к тебе издатели стоят в очередь.
И очень прошу вас: флудить - в другую тему. Этот проект вас никоем образом не касается.

В данном случае я соглашусь с издателем и Графом. Издателю виднее, и не думаю, что он будет "впаривать" явное "фуфло" (извините за сленг). Да, мы вкладываем свои деньги, не вижу в этом ничего зазорного, потому что мы хотим донести свои произведения до детей -это главное.

Предложенная обложка, на мой взгляд, немного темновата, и фигурки детей можно было сделать ярче и крупнее. Но я не художник и поэтому доверяю Графу, который взвалил на себя всю предпечатную подготовку. Помню, как сама выбирала обложку для книги стихов из вариантов, предложенных дизайнером. Он согласился с моим выбором, но настаивал на своем до упора. Я согласилась в последний момент и не жалела - все читатели в первую очередь отмечали оригинальность и красоту обложки.