Цитата(vsplesk @ 12.2.2016, 22:34)

НЕВЕРОЯТНОЕ БОГАТСТВО РУССКОГО ЯЗЫКА!
ОТЧАЯНЬЕ ОБЕЗЬЯНЬЕГО ОЗЕРА
Остановившись от ожидаемой отдачи, Остап охнул. Отдача от обреза отшибла организм, отдалив остальные осязаемые объекты, обесцветив образы. Оружие оставило огромный отпечаток, отбив охоту отстреливаться. Отскочив от окна, он отдышался. Отдых? Отставить! Отдалённый окрик оставил осадок острой опасности. Очень осторожно, огибая округлые очертания ограды, он отошел от обители, обошел оранжерею.
Остап обозрел округу. Оранжевый опель отдыхал, основательно объездив окрестности. Озябнув, осыпалась одинокая осина. Орех осунулся, охряп. Осень отпылала, оптом отдавая осадки озимым. Одичавшая ондатра осклабилась, отгрызая от ольхи ошметки, одурманенная отечественной отравой.
Остап ощутил острое отчаяние. Обдумывание обстоятельств отяготило ощущением обреченности. Образование оглушительно орало об опасности. Одиночество открывало отвратительные объятия. Оскал очевидности, оскорбив обоняние Остапа, обдал омерзительной обывательской отравой. Отчаянной, острой, однообразной, обнаглевшей отравой обделённой обыденности. Остап озяб – организм ожидал обморожения.
Освещенное окно обозначило ободок обреза, оглушительный огонь Олесиного оружия отстрелил остаток орнамента оранжереи.
- Опия обкурился? Отморозок – обрёл обыкновение отвлекать от онлайнвизора! Огурец обрезанный! Откликайся, олигарх окрестный, - освещенный оконным отсветом, обрисовался объект. Олеся отклячила остов, ожидая общения.
...Остап обожал Олесю – обогрел, окружил очарованием. Ослепленный обаянием Олеси, отгрохал обитель около Обезьяннего Озера (Омская область). Одарил ощущением обстоятельности отношений, обручился. Обходительный, обрёл образчик оживших ожиданий. Однако, огонь отношений отгорел. Одержимая онлайнвизором, Олеся отяжелела, обрюзгла. Она осатанела от очередной околесицы Оксаны Общак «Особняк – Одиннадцать». Отупела, опустилась. Она опасна. Она – опухоль общества. Она опошлила отношения, открыто осмеивая Остапа, оправдываясь оскорбительными отговорками. Она обленилась, обесцветилась. Отучилась обеды организовывать. Обреченный обязанностью обозревать отраву онлайнвизора, Остап опасался окончательно оторваться от общечеловеческих ориентиров. Он обстрелял основание оппозиции – овал онлайнвизора ощерился осколками, обесточив оккупацию. Олеся обрушилась орлицей, обвиняя. Ополчилась, оружие отыскала. Остап отступал огородами...
- Обидно оскорбляешь. Образумься, особь одноклеточная, оставлю одноглазой! Оголодал от одержимости! – Остап отставил осмотрительность, огибая оранжерею, ольху, одурманенную ондатру.
Открытое окно огласилось ором – Олеся откликнулась:
- Охолони, отстреливатель онлайнвизоров. Откормлю. Обед отведаешь – объешься.
- Опять овсянка? - Остап остыл, осознавая очевидную оттепель. Опала опала. Оттаяла Олеся.
- Охота особенного? – озвучила она осторожно.
- Оливье, оленина, окорок, окунь обжаренный, окрошка, оладьи, отвар одуванчиков, отдельное одеяло – округлил он.
- Ого, - озаботилась Олеся. Один осилишь?
- Оба осилим! – Остап, окрылённый одобрительными Олесиными обертонами, обрёл оптимизм. - Отдельное одеяло отставить – одно огромное одеяло!
- Обжора! Организую… Одно обстоятельство: овуляция, однако! Осчастливить отроком – Остаповичем? – она озорно оглядела оголодавшего отца ожидаемого отрока, оглаживая ожерелье.
Остап обнял Олесю: - Одушевилась! Облагородилась! Ожила! Одарю, опьяню, оплодотворю…
Окончательно облысевшая от отечественной отравы, обдолбанная ондатра осоловело охнула: «Определённо – Овидий. Овации!». Она оживленно озадачилась – оставалось, обстоятельно обнюхивая округу, обнаружить охапку облюбованной отравы. Обрести оперение. Ольха ощутимо обрыдла – отыскать омелу.
Обезьянье Озеро отражало окрестности. Остракизм онлайнвизора осуществился. Ожидалось одиннадцать оргазмов…