Цитата(Полудиккенс @ 27.3.2016, 9:34)
Моя покойная бабка когда-то сбежала из ссылки и скрывалась по последнему месту жительства
Приходил товарищ из сельсовета, спрашивал, не видали ли, бабка сидела на печи, товарищ уходил. Но однажды бабка зазевалась и поехала обратно...
Впрочем, это к делу вряд ли относится, просто вспомнилось...
Ой, да, есть классные истории про такое!
Цитата
Дед родился в Екатеринбурге и жил там до того времени, пока за ним в 37-м году не пришли люди из НКВД. Показали ему ордер на арест и обыск и хотели войти, но он их не пустил.
– Тут какая-то ошибка вышла. Я совсем не тот человек, который вам нужен. Смотрите, что написано в ордере, – Белый М.И.
– Ну? – вполне резонно спросил чекист. – И что?
– Так ведь это не я. Я – Бялый М.И. Вот мои документы. Вам нужен какой-то другой человек.
– Кончайте ваньку валять, гражданин! Здесь в ордере указано ваше имя и что живете вы по этому вот адресу. Кто это еще может быть? Понятые, проходите!
– Позвольте, – дед загораживает дверной проем и не пропускает никого вовнутрь. – Я не знаю, кто вам нужен, но это точно не я. Я – уважаемый человек, член партии, главный инженер важного оборонного предприятия. Вам же нужен какой-то враг народа, которого вы как представители закона и власти должны разыскать. Но это не я. Вы допускаете страшную ошибку и ответите за это по всей строгости.
– Ах ты гнида, он еще и угрожает. А ну, пусти!
– Нет, вы нарушаете закон! У вас нет ордера ни на мой арест, ни на обыск в моем доме. Я имею право, как всякий советский человек, на неприкосновенность жилища, и пока у вас не будет документов, я вас не пущу. Граждане понятые, посмотрите – вы видите, что у них ордер на другого человека?
Понятые, соседи деда, поднятые среди ночи и безумно напуганные, жались к стенке, отводя глаза, и больше всего мечтали оказаться сейчас в другом месте. Чекисты были в ярости, но формально дед оказывался прав, и им пришлось уступить.
– Ну, смотри, гад, – прошипел главный, – я сейчас вернусь с выправленным ордером, и ты такое получишь, что забудешь, как родную мать звали. Пожалеешь, что родился. Подожди, я быстро вернусь…
Двое чекистов остались сторожить у двери, чтобы дед не сбежал, а остальные поехали за новым ордером. В это время дед взял паспорт, все деньги, которые у него были, и вылез из окна. Спустился вниз по водосточной трубе то ли с третьего, то ли с четвертого этажа; никто его не заметил. Добрался до вокзала и уехал в Москву. И начал там новую жизнь. Никто его не преследовал, он не был объявлен в розыск, никому не было до него дела. Устроился на работу. Познакомился с Софой, женился на ней, ушел на войну, воевал все четыре года, брал Берлин уже в звании подполковника.
Цитата
История повторилась. Уже после войны, во время кампании по борьбе с космополитизмом, когда еврейские головы слетали с плеч налево и направо, досталось и деду. Он был директором завода, фигура заметная. На партийном собрании его сняли с должности, исключили из партии, забрали партбилет. Но прямо там, на месте, не арестовали. Дед вернулся домой. Сказал Софе отвести моего отца, которому тогда было лет семь, к другу, чтобы он не видел того, что произойдет дальше: знал, что за ним придут. Когда в дверь постучали, дед спрятался под кровать. Софа открыла дверь, там стояли два чекиста.
– Софья Исааковна? Здравствуйте. Матвей Ильич дома?
– Нет, он еще не вернулся с собрания.
– Вот как? Вы позволите, мы пройдем, подождем его?
– Да, конечно. Проходите, пожалуйста. Садитесь. А в чем дело? Что-то случилось?
– Да нет, все в порядке. Мы хотим просто поговорить с вашим мужем. Он вам не говорил, он куда-нибудь собирался после собрания?
– Нет, он должен был сразу прийти домой.
– Он вам звонил?
– Нет.
– Если Матвей Ильич сейчас позвонит, не говорите ему, пожалуйста, что мы его ждем. Вы нас поняли?
– Да. Но все же что случилось?
– Софья Исааковна, постарайтесь больше не задавать вопросов. Давайте мы все сядем и просто молча подождем, когда ваш муж вернется.
И они сидели и молча ждали всю ночь. А дед в это время, не двигаясь, беззвучно лежал под кроватью. Чекисты даже не обыскивали квартиру, им в голову не могло прийти, что кто-то может спрятаться от НКВД под кроватью. Утром они встали и ушли. И больше не приходили. Дед куда-то уехал от греха подальше, а вскоре Сталин умер, и он вернулся в Москву.
Мне и лично довелось столкнуться с чем-то очень похожим по идиотизму...
В общем, кто его знает. Надеюсь, европейцы у себя террористов ищут получше, чем искали в книге Нёсбе.
Последнее слово, только последнее, не всерьез.