А мне понравилось.
Дивов потом его идею развил в "Симбионтах".

Если копать в сторону не очень живых симбионтов, то есть "Лунная радуга

Главное, не читайте советских газет"Локон Ампары".

То есть, конец 80-ых = приговор "древняя архаика"?

У Ливадного есть штука "Форма Жизни", вышла на год позже романа Крайтона (и вроде за год до перевода на русский). Если копать в сторону не очень живых симбионтов, то есть "Лунная радуга", ее даже экранизировали (не удачно).

Попытался читать "Люди как Боги" Снегова.

В детстве очень понравилось, а щас не знаю...

Главное, не читайте советских газет"Локон Ампары".

Попытался читать "Люди как Боги" Снегова. Первый роман даже прочитал, на втором застрял. Надо было читать его в школе, тогда бы зашел.
Стал перечитывать Гамильтона "Звездные короли". Вроде бы то же самое, так же наивно, но читаешь и проваливаешься в книгу.

А Гамильтона читал в школе, брали из библиотеки "Технику молодёжи". У него ещё продолжение есть.

братья Ceniza в первой части дилогии их не обнаруживали. Во второй - нашли. Эйвы.

А я Карсака перечитываю "Робинзоны космоса"

Ruslan Shagmanov "практически не связана с двумя предыдущими книгами", "Инициатором идеи романа «Волшебный локон Ампары» являлась жена С.И. Павлова — Надежда Александровна Шарова".
Возможно, просто я предвзят, но ко вселенной "Лунной Радуги" этот текст не относится никак.

Вот я тоже думаю, что в детстве понравилось бы.
Хотя Казанцев и сейчас нравится, впрочем он не так наивно писал.

(хотя в те годы в библиотеках только Казанцев да Беляев

Да, древняя. Но я ни разу не сказал, что это плохо. На любителя. Я вот обожаю стиль Достоевского, но в то же время, скажем, Ефремова читать не могу, для меня жуткая тягомотина.)) А Симмонс так вообще переводной, кто знает, как переводчик справился? Кому-то покажется хорошо, кому-то плохо...

А Симмонс так вообще переводной, кто знает, как переводчик справился?

Стал читать "Гиперион" Симмонса. Это намного круче его "Террора".

финал, опять же, не силён и т.д.

Я читал сразу две части, так что конец первой как финал даже и не воспринял. Тем более, что в первой части совсем ничего не объяснено. Сюжетная линия может в семейном плане и завершена, а вот в плане главной интриги просто обрублена и продолжается уже другим главгероем.

...Мы даже не уверены на сто процентов, что там была ракетная база. Искусствоведческие фантазии. Известно только, что это роспись подземного бункера. Предположительно военного назначения. Там тоже были свои, э-э-э, гуманитарные пространства, красные уголки – места для политинформаций и так далее.

– Почему подвигов именно двенадцать? – спросила Мара.

– Ну, это явная отсылка к практикам Геракла. Попытка, так сказать, вернуть миру его молодость, первозданную близость к божественным энергиям творения, как бы…

...

В зале имелась еще одна камера, но она не работала. Я целых две секунды разбирался, как подключить ее к сети. Наконец это получилось, и я увидел артефакт.

На невысоком постаменте из темного камня покоился трехметровый кусок бетонной стены, зафиксированный стальными тросами. Там была крупная фреска – с небольшими повреждениями, царапинами, мелкими граффити, подчищенными пятнами плесени – но в целом сохранившаяся хорошо.

Я увидел горы, нарисованные с отступлением от правил перспективы – и с тем наивным романтизмом, который свойствен детям равнин. Я говорю про детей не просто так в первый момент мне показалось, что это детский рисунок. Но потом мой компаративный алгоритм склонился к тому, что это солдатское творчество.

Фреска, действительно, больше всего напоминала росписи клубов в военных частях, рукописные агитационные плакаты поздней советской поры и прочие подобные арт-объекты. Технику письма при этом нельзя было назвать совсем неумелой. Она тяготела к военному примитивизму, но грубые мазки широкой кисти создавали законченный и сложный образ.

Голый по пояс мускулистый мужчина в маскировочных штанах мчался по горам на яростном белом медведе. Лицо всадника выражало непреклонную решимость. На склонах гор росли огромные цветы размером с деревья, летали пчелы и стрекозы, небо стригли ласточки – природа была изобильна.

Из ущелья, оставшегося у медведя за спиной, выглядывали нездорово бледные, перекошенные злобой и исполненные порока лица. Все доступные мне лекала указывали именно на такие эмоциональные паттерны.

Сперва я не понял, чем они так недовольны – а потом заметил болтающийся на крупе медведя мешок, из которого на волю рвались разноцветные звезды и молнии. Прочерченные от горловины мешка тоненькие стрелочки показывали, что все преувеличенное богатство красок на горных склонах вырвалось именно оттуда.

Над фреской была крупная надпись:

ПОДВИГ № 12

ПУТИН ПОХИЩАЕТ РАДУГУ У ПИДАРАСОВ

Что он не включен в школьную программу